Правовая реформа рынка лизинга (законопроект)

Реформа лизинга погрузилась в кулуарную борьбу

Ключевые законопроекты, призванные ввести государственный контроль за деятельностью лизинговых компаний, уже не первый месяц лежат в Государственной Думе между первым и вторым чтениями. К противоборству участников рынка и будущих регуляторов присоединились депутаты, почувствовавшие свою посредническую роль в спорной ситуации, а также Евразийская экономическая комиссия, защищающая принципы ЕврАзЭс. Главный редактор Fed Leasing.ru Алексей Екимовский вспоминает истоки реформ, сопоставляя двухлетний период публичных дискуссий о судьбе рынка с текущим этапом кулуарной борьбы лоббистов в стенах парламента.

По общему мнению участников отрасли и представителей финансовых властей, ключевые законопроекты о реформе рынка лизинга в России вряд ли будут приняты Госдумой до конца 2019 года. Несмотря на то, что поправки к принятому в первом чтении документу должны были быть подготовлены еще в феврале, до сих пор депутаты не вынесли ни одного значимого решения по законопроекту «О лизинге». Тем не менее, в течение всего этого времени несогласные с необходимостью реформы лизинговые компании ведут активную работу с депутатами, убеждая их, если не отклонить внесенный правительством законопроект, то хотя бы радикально его переработать.

Впрочем, исполнительная власть пока не намерена отказываться от своего варианта реформы рынка. Правительство и ранее не скрывало, что «спусковым крючком» для инициации регулирования лизингового рынка стало банкротство одного из крупнейших авиаперевозчиков России «Трансаэро», которое повлекло за собой необходимость «спасения» целого ряда крупных банков и лизингодателей, в том числе принадлежащих государству. Выяснилось, что государство вливает в лизинговые компании огромные деньги, но при этом адекватного контроля за их деятельностью нет. «Опыт показал, что проблемы на рынке лизинга несут системный эффект с серьезным мультипликатором, что предопределяет необходимость регулирования», – рассказывал в начале прошлого года в интервью «Коммерсанту» заместитель министра финансов РФ Алексей Моисеев.

Были и другие причины для ужесточения контроля за лизинговыми компаниями. По данным Fed Leasing.ru , финансовые власти беспокоились об устойчивости кредиторов лизинговых компаний – банков и пенсионных фондов, поскольку годовой оборот рынка лизинга в России перевалил за психологическую отметку 1 трлн руб., в то время как финансовое состояние игроков в этой отрасли остается непрозрачным для регуляторов. Получая на санацию очередной крупный банк, ЦБ РФ неоднократно обнаруживал на балансе дочерних лизинговых компаний неликвидное или невозможное к возврату имущество, значительные просрочки платежей и другие подозрительные операции, в результате которых, в том числе, оказывалось подорвано общее финансовое положение всей банковской группы.

Головным исполнителем правительственного поручения было назначено Министерство финансов, а разработкой плана реформы занялся Банк России, которому и предстоит стать основным регулирующим органом в сфере лизинговой деятельности. Во исполнение поручения, Минфин совместно с ЦБ подготовил существенные поправки к закону «О лизинге», согласно которым через пару лет все лизинговые компании должны были приобрести новый правовой статус «некредитной финансовой организации». Законопроектом им предписывалось зарегистрироваться в специальном реестре, иметь в своем названии слово «лизинг», предоставлять регулятору подробную финансовую отчетность, по объему сопоставимую с другими финансовыми организациями, иметь достаточный собственный капитал, предоставлять консолидированную отчетность по МСФО и выполнять ряд других обязательных требований, свойственных субъектам финансового рынка.

А чтобы не возникало сомнений в финансовой природе лизинговых отношений, еще одним пакетом законопроектов вносились существенные изменения в Гражданский кодекс РФ, в рамках которых предлагалось закрепить саму сущность услуги лизинга как чисто финансовой, а не арендной деятельности. Для этого в ГК предполагается ввести отдельную статью «Финансовый лизинг», исключив все упоминания о лизинге в главе «Аренда». В обоснование именно такой природы лизинга разработчики законопроекта приводили соответствующие положения международной конвенции УНИДРУА, к которой Россия присоединилась в 2014 году, а также целый ряд решений Конституционного и Высшего арбитражного судов, в которых лизинговый договор трактовался как предоставление финансирования, а не приобретение или аренда имущества.

Два года дискуссий

Трудно было ожидать, что обе инициативы найдут деятельную поддержку среди участников рынка, для которых отсутствие регулирования в лизинге создавало дополнительное конкурентное преимущество по сравнению с услугами банков. Публично лизинговые компании говорили о том, что реформа лизинга в предложенном виде существенно усложнит их работу, увеличит себестоимость предоставления услуг и повысит рискованность операций. В то же время законопроекты не предоставят давно ожидаемых рынком поправок к действующему законодательству и налоговому режиму, облегчающих деятельность лизинговых компаний.

Более того, большинство лизингодателей оказались не согласны с концептуальным выводом финансовых властей о природе лизинговых операций. Переклассификация сделок оперлизинга в арендные сопровождалась бы изменением налогообложения и невозможностью применения ряда правовых преимуществ лизинга. По мнению некоторых крупных компаний, столь существенные изменение отечественного правового поля «расколет рынок» и приведет к необходимости пересмотра сложившейся судебной практики. Участникам рынка придется пересматривать свои бизнес-модели в тех сегментах рынка, где спрос на операционный лизинг особенно высок – воздушные суда и грузовые вагоны.

В течение прошедших двух лет представители ЦБ активно участвовали в публичных и камерных дискуссиях с лизинговыми компаниями, объясняя и аргументируя необходимость введения новых форм регулирования, но при этом однозначно давая понять, что отказываться от введения регулирования на рынке лизинга государство не намерено. Власти должны иметь право контролировать бюджетные деньги, которые идут на поддержку экономики через лизинговые инструменты, а потому будут вводить такие механизмы надзора, которые защитят финансовую систему от будущих кризисов из-за банкротств лизингодателей.

Кроме того, будущий регулятор настаивал, что вначале рынок должен согласиться на повышение своей прозрачности, а лишь затем получить дополнительные послабления и выгоды. Впрочем, ЦБ все-таки пошел на ряд уступок участникам рынка и включил в законопроект об изменениях в ГК такие права лизингодателей, как возможность залога прав требований по договору лизинга кредитующему банку или возможность ограничения использования предмета лизинга при нарушении клиентом своих обязательств.

За помощью в ЕврАзЭС

Однако, лизинговые компании этими уступками не удовлетворились и продолжили противодействовать реформе лизинга другими методами. Еще в феврале прошлого года председатель комитета ТПП РФ по лизингу и директор НП «Лизинговый союз» Евгений Царев написал письмо в Евразийскую экономическую комиссию (ЕЭК), в котором попросил ее проверить законопроект Минфина и ЦБ на возможные противоречия с нормами Договора о Евразийском экономическом сотрудничестве (ЕврАзЭС), который имеет наднациональный статус и приоритет по сравнению с местными законами. ЕЭК, в свою очередь, частично подтвердила опасения господина Царева, но при этом не дала полностью отрицательного заключения на законопроект, а указала лишь на его недоработки, потребовав от правительства РФ их устранения.

В результате ряда согласительных процедур между финансовыми властями России и ЕЭК законопроект существенно изменился, вплоть до своего названия. Регулирование отрасли лизинга как вида экономической деятельности было заменено на регулирование «специальных субъектов лизинговой деятельности», в числе которых признавались банки, лизинговые компании с прямым или косвенным госучастием, а также все остальные лизинговые компании, которые так или иначе пользуются средствами бюджетной поддержки в любом виде. Кроме того, в документе появились отсылки к Договору о ЕАЭС, устраняющие двусмысленность по отношению к работе с лизингом нерезидентов РФ. Именно в таком виде законопроект поступил в Госдуму, где и был принят в первом чтении без поправок.

Впрочем, устранить все разногласия с ЕЭК финансовым властям России до сих пор не удалось. В рамках подготовки поправок ко второму чтению в Госдуме, Минфин и ЦБ попытались учесть имеющиеся у комиссии претензии к законопроекту, существенно переработав вызывавшие сомнения нормы. Однако и в этот раз ЕЭК выступила с резкими замечаниями к документу.

В ответе директора департамента развития предпринимательской деятельности ЕЭК Галии Джолдыбаевой от 22 апреля этого года отмечается, что, не смотря на поправки, в законопроекте сохраняются ограничения и меры, ухудшающие действующий регуляторный режим на дату подписания Договора о ЕврАзЭС в конце 2014 года, что недопустимо. В частности, речь идет об ограничениях доступа к господдерже для нерезидентов РФ, а также о применении налоговых льгот по лизингу и права на ускоренную амортизацию лизингового имущества только для спецсубъектов, включенных в реестр ЦБ. В то же время, в ЕЭК опасаются того, что спецсубъекты могут получить дополнительные конкурентные преимущества на общем рынке, причем не только в виде прямой финансовой поддержки из российского бюджета, но и в виде повышенного спроса на их услуги со стороны лизингополучателей – как резидентов, так и нерезидентов РФ.

В ЕЭК продолжают настаивать на своей позиции, что лизинговые услуги включены в постановление о «Едином рынке услуг», а в странах ЕАЭС установлено достаточно либеральное законодательство в отношении лизингодателей, деятельность которых регулируется общими правилами рыночной конкуренции. Госпожа Джолдыбаева указывает, что при доработке законопроекта «не была учтена позиция департамента о необходимости исключения вероятности того, что при закреплении за спецсубъектами статуса некредитных финансовых организаций, их деятельность будет регулироваться в соответствии с правилами регулирования финансовых рынков, что, в свою очередь, исключит возможность применения к ним мер за нарушение общих правил конкуренции». Тезисы ЕЭК были встречены российскими финансовыми властями с удивлением: по их информации, в Армении и Беларуси лизинговые компании уже являются финансовыми организациями, регулированием лизинговой деятельности занимаются местные центральные банки, и почему ЕЭК «закрывала глаза» на других членов ЕАЭС и ставила Россию в неравное положение до нынешнего момента остается непонятным.

Рынок торопится реагировать

Косметический характер корректировки законопроекта, который и прежде не вызывал восторга у отечественных лизинговых компаний, а также появление неожиданного союзника в деле затягивания реформы в лице ЕЭК, предоставили участникам рынка новый повод заявить о своем несогласии с реформой. В итоговой резолюции июньского съезда членов «Объединенной лизинговой ассоциации» (ОЛА, входит 92 организации) говорится, что изменения, внесенные в текст законопроекта, существенно меняют первоначальную концепцию, не способствуют развитию рынка и ухудшают положение его участников. Прежде всего, члены ОЛА указывают на неопределенность критериев отнесения лизинговых компаний к «спецсубъектам», отсутствие однозначного определения, в каких именно случаях лизинговая компания должна получать такой статус, и в каких случаях этот статус у нее прекращается, а также отсутствие определения термина «индивидуальные меры господдержки».

Кроме того, лизинговые компании отмечают пробелы в законопроекте, связанные с применением механизма ускоренной амортизации предметов лизинга. Как и в ЕЭК, члены ОЛА увидели, что теперь повышающие коэффициенты к амортизации имущества смогут применять только спецсубъекты, входящие в реестр ЦБ. В то же время, конечным получателем такой льготы является лизингополучатель, причем сегодня это право закреплено для всех лизинговых сделок без исключения. В результате, те лизинговые компании, которые не захотят «прописаться» в реестр, не смогут предоставлять лизингополучателям данные льготы.

«Это приведет к существенной неопределенности использования договоров лизинга и сокращению объема лизинговых операций, – говорится в резолюции Съезда ОЛА. – Выборочное предоставление льгот, зависимость права на применение коэффициента ускоренной амортизации от ряда событий, о которых лизингодатели и лизингополучатели не могут быть своевременно уведомлены, приведут к хаосу на рынке лизинга и многочисленным судебным спорам как между сторонами договора, так и между ними и контролирующими органами».

Члены ОЛА указывают, что с 1 января 2022 года все компании перейдут на новые стандарты учета лизинговых операций, в соответствии с которыми ускоренную амортизацию будет применять сам лизингополучатель, а потому право на применение этого налогового механизма подлежит исключению из мер господдержки лизинга. Таковой она и не является по сути, считают в ОЛА, ссылаясь на разъяснения Минфина о том, что эта мера направлена на поддержку предприятий реального сектора для развития новых технологий и материально-технической базы.

Затратная господдержка

Между тем, и к базовым принципам реформы лизинга, которые остались в законопроекте в неизменном виде, члены ОЛА сохранили прежние претензии. Они считают абсолютно нецелесообразным придание лизинговым компаниям статуса некредитных финансовых организаций и связанный с этим перевод их бухгалтерского учета единый план счетов ЦБ РФ. Компании, решившие участвовать в программах господдержки, понесут существенные затраты на замену существующих учетных систем, а в случае исключения из реестра им потребуется обратный переход на федеральные стандарты бухучета. «Такая процедура не описана в российской практике и приведет к повторным расходам по изменению учетных систем компаний», – отмечается в резолюции ОЛА.

Читайте также:  Форма договора купли-продажи

В документе приводятся оценки затрат по переходу на новые правила учета: от 17% прибыли для крупнейших компаний, и до двукратной годовой чистой прибыли для небольших лизингодателей. Впрочем, в ЦБ опираются на другие прогнозы: проведенный анализ статистики расходов на переход в новую систему учета других финансовых организаций показал, что они составляют менее 0,5% выручки сектора, причем большая их часть приходится на крупнейшие компании.

Кроме того, ссылаясь на приказ Минфина России от 16 октября 2018 года, члены ОЛА указывают, что с 2022 года будут введены в действие новые правила бухучета, которые будут полностью синхронизированы с МСФО, в том числе в части учета сделок по аренде и лизингу. Новые правила будут максимально соответствовать всем возможным критериям прозрачности для контролирующих органов, а потому перевод на новые правила отчетности для лизинговых компаний не требуются в принципе. Да и в целом уровень контроля и прозрачности рынка лизинга в России очень высок, считают члены ОЛА, учитывая обязательную отчетность по каждой лизинговой сделке в Росфинмониторинг и «Федресурс», а также прямой контроль государства за лизинговыми компаниями с преобладающим госучастием в капитале, которые сегодня занимают свыше 72% отечественного рынка.

Воспользовавшись случаем, лизинговые компании из ОЛА подвергли критике и поправки в Гражданский кодекс РФ, согласно которым лизинг должен признаваться финансовой деятельностью, а не арендной, как это есть сейчас. «Во избежание дестабилизации лизинговой отрасли просим обеспечить минимальное изменение частно-правового регулирования лизинговой деятельности, избежав внесения изменений в ГК РФ», – говорится в резолюции июньского съезда ассоциации.

Проблема регулятора

Финальным пунктом решений съезда в резолюции обозначена совершенно новая идея – «обратиться в Министерство Финансов Российской федерации с просьбой рассмотреть возможность изменения предполагаемого регулятора на Минфин РФ». Причины такого предложения, а также обоснования преимуществ замены органа регулирования с ЦБ на Минфин в документе не представлены.

Евразийская экономическая комиссия заблокировала законопроекты о реформе лизинга в России

Путаница из отрицательных заключений ведомств на целую серию вариантов законопроекта о реформе лизинга в России, в том числе от комиссии Евразийского экономического союза (ЕАЭС), за целый год не позволила депутатам подготовить ко второму чтению какую-либо из версий. Тем временем в ЦБ РФ обещают подготовить новое, теперь уже комплексное и надежное решение проблемы, но только к весенней законотворческой сессии 2020 года.

Ни в весеннюю, ни в осеннюю сессию 2019 года Госдуме так и не удалось сдвинуть с мертвой точки правительственные законопроекты о реформировании отрасли лизинга. Разработчики документа признают, что натолкнулись на отрицательное заключение Евразийской экономической комиссии (ЕЭК), которая усмотрела нарушения обязательств России по созданию единого рынка услуг в ЕЭАС. В конце октября, выступая на лизинговой конференции рейтингового агентства Fitch, советник первого заместителя председателя Банка России Сергей Моисеев заявил, впрочем, что это не является «каким-то фундаментальным препятствием» для принятия законопроекта в России. По его словам, до конца года никаких решений по нему приниматься, скорее всего, уже не будет, а к весенней сессии депутатам будет предложено «более надежное», комплексное решение. Никаких деталей этого решения, в том числе о том, будет ли подготовлен новый законопроект или принципиальные изменения будут вноситься в уже прошедший первое чтение в Госдуме документ, в ЦБ не раскрывают.

В ЕЭК, в свою очередь, подчеркивают, что целью комиссии не является препятствование развитию национальных законодательств, она лишь контролирует выполнение обязательств, которые страны взяли на себя в рамках Договора о ЕАЭС в 2014 году. Директор департамента развития предпринимательской деятельности ЕЭК Галия Джолдыбаева в интервью отраслевому медиапорталу «Федерация лизинга» подробно рассказала, какие положения договора о ЕАЭС прямо нарушаются законопроектом «о спецсубъектах лизинговой деятельности» в России. По ее словам, договор о ЕАЭС не допускает ухудшения доступа субъектов на рынок лизинга и введения новых ограничений допуска к господдержке в странах ЕАЭС. Предложенный Минфином и ЦБ России законопроект «не просто определяет порядок применения мер господдержки в лизинговой отрасли, а по факту предлагает ввести новые меры по допуску на этот рынок» и прямо противоречит этим пунктам договора, отмечает она.

Признавая за каждым государством право применять свои собственные меры и системы господдержки промышленности, в ЕЭК считают, что законопроект в сегодняшней редакции может создать фундаментальные препятствия для свободного движения лизинговых услуг и функционирования единого рынка лизинговых услуг в ЕАЭС, о котором главы государств также договорились. «Страны ЕАЭС взяли на себя обязательства по неужесточению существующего регулирования, в том числе на рынке лизинговых услуг»,— отмечает госпожа Джолдыбаева. Она добавляет, что, несмотря на некоторые различия в национальных законодательствах, «во всех странах ЕАЭС регулирование лизинговых услуг изначально сходное и сопоставимое», а потому предварительная гармонизация нормативной базы в странах ЕАЭС, по сути, не требуется.

В этом же ключе вопросы российской лизинговой реформы затрагивались и на дискуссионном мероприятии в Минске, где в ноябре деятели рынка лизинга стран ЕАЭС собрались на очередной международной ассамблее «Лизинг Евразия», организованной при участии подкомитета по лизингу ТПП РФ и некоммерческого партнерства «Лизинговый союз». Генеральный директор «ВТБ Лизинга» Дмитрий Ивантер, возглавляющий «Лизинговый союз», заявил, что для развития единого рынка лизинговых услуг в ЕАЭС необходимо решить проблемные вопросы в таможенной политике, устранять административные барьеры в работе госорганов, а также внедрить в практику единообразную трактовку по ставке НДС по международному лизингу в странах—участницах договора. В контексте лизинговой реформы в России господин Ивантер отметил, что законодательному регулированию отрасли нужно уделять особое внимание. «Важно, чтобы все положительные изменения могли быть реализованы на практике. Регулирование должно способствовать развитию рынка, а не создавать сложности в работе лизинговых компаний и их клиентов», — подчеркнул гендиректор «ВТБ Лизинга».

Впрочем, национальные регуляторы в странах ЕАЭС, как и их коллеги в России, тоже задумываются о рисках, которые аккумулируются на рынке лизинга в условиях низкой прозрачности его участников. Выступавший на том же мероприятии в Минске начальник главного управления регулирования некредитных финансовых организаций Нацбанка Беларуси Дмитрий Набздоров заявил, что регулятор намерен обязать белорусские лизинговые компании создать и внедрить системы управления рисками. «Когда говорим о требованиях к системе управления рисками, надо иметь инструменты, чтобы ими управлять,— цитирует его белорусское агентство “Прайм-Пресс”.— Цель — чтобы деятельность лизинговых компаний была менее рисковой».

Сопротивляясь реформе, российское лизинговое лобби подготовило свой вариант законопроекта, взяв за основу наработки властей, но при этом целенаправленно исключив ЦБ из числа возможных регуляторов рынка лизинга. В этом документе, авторство которого принадлежит депутату-единороссу Евгению Шулепову, регулирующим органом признается некий орган власти, который прямое регулирование рынка осуществлять тем не менее не будет. Вся полнота контроля должна быть возложена на специально созданный совет при этом органе власти, не менее 60% членов которого должны быть участниками рынка лизинга. В ЦБ уже заявили, что в таком виде законопроект не достигает ни одной из целей регулирования, нисколько не приближает рынок лизинга к прозрачности, а потому на него будет дано отрицательное заключение со стороны финансового блока правительства.

Впрочем, у ЕЭК тоже нашлись претензии к законопроекту депутата Шулепова, но в комиссии подчеркивают, что готовы участвовать в доработке любых законодательных инициатив с целью приведения их в соответствие с Договором о ЕАЭС, что входит в регламент работы правительства России и других стран союза. Тем не менее приходится констатировать, что противники проведения реформ за текущий год добились некоторого результата: как минимум до весны отечественные лизинговые компании могут спокойно работать и не ждать появления на рынке самого строгого, по их мнению, регулятора в стране.

Что предлагает Минфин для реформы лизинговой отрасли

Осенью 2018 года прошёл общественное обсуждение законопроект о лизинге. А именно – проект Федерального закона «О внесении изменений в части первую, вторую и третью Гражданского кодекса РФ (в части совершенствования гражданско-правового регулирования лизинговой деятельности)». Он разработан Минфином и Банком России. Рассказываем, что он предлагает и меняет.

Главная цель

Глобальная цель реформы лизинговой отрасли – это повышение прозрачности и через него обеспечение более адекватных решений властей в вопросах финансовой стабильности и регулирования финансовой отрасли в целом.

Если власти не понимают, что происходит в крупнейшей финансовой отрасли страны, активы которой составляют 3–5 трлн руб., то это очень странная ситуация. Это грозит финансовыми рисками для всей системы. Поэтому государство должно понимать, что происходит в лизинговой отрасли. А затем уже разрабатывать нормы регулирования, чтобы минимизировать риски. Но эти нормы должны быть разработаны на основе понимания ситуации, поэтому реформа лизинга с 2018 года идёт поэтапно.

Ожидания: реестр ЦБ и не только госкомпании

Минфин планирует, что нынешняя редакция проекта закона о лизинге 2018 года будет серьезно поправлена ко 2-му чтению. В ситуации, когда государственные лизинговые компании конку (далее также – ЛК) с частными, регулировать одни и не регулировать другие – это неправильно с точки зрения конкуренции. Поэтому включение в регулирование только госкомпаний устранят.

Согласно законопроекту Минфина о лизинге, в обязательное регулирование должны попасть и частные лизинговые компании, получающие господдержку.

Дело в том, что в этой схеме у ряда частных компаний будет возможность продолжать свою деятельность, не вставая в реестр ЦБ, поскольку они в реальности не получают никакой прямой господдержки. То есть субсидии получают не лизинговые компании, а их клиенты – лизингополучатели, что формально выводит такие частные ЛК из регулирования. То есть основанное на господдержке попадание под регулирование может быть аргументированно оспорено ЛК в суде. Таким образом, может получиться, что под регулирование попадет только государственная часть лизинговой отрасли. А это недопустимо.

Минфин хочет сделать так, чтобы было очевидно, что на учет должны стать те компании, клиенты которых будут использовать ускоренную амортизацию. То есть установят квалифицирующий признак для получения права на ускоренную амортизацию для лизингополучателя. Им станет участие лизингодателя в реестре ЦБ.

Если же объект был взят в лизинг у компании, состоящей в реестре, то тогда никаких проблем нет.

Таким образом, все ЛК должны будут находиться в реестре ЦБ, клиенты которых получают господдержку в виде:

  1. Вступить в саморегулируемую организацию (СРО).
  2. Иметь лизинг как исключительный вид деятельности.

После реформы лизинговой отрасли все остальные компании могут делать все что угодно. Но тогда их клиенты не получают:

  • субсидии по процентным ставкам;
  • ускоренной амортизации.

Как будут регулировать отрасль

Сейчас задача Минфина и Центробанка – включить подавляющее большинство отрасли в реестр и 2-3 года получать от внесенных в реестр ЛК отчетность, чтобы составить представление о всей лизинговой отрасли. Именно поэтому важно, чтобы в реестр вошли не только госкомпании (например, ГТЛК и «Росагролизинг»), но вся или по крайней мере подавляющая часть отрасли, в том числе и крупнейшие неассоциированные с государством компании («Европлан» и др.).

В дальнейшем реформирование лизинговой отрасли подразумевает введение элементов надзора, похожего на банковский. Будут требования:

  • к капиталу ЛК;
  • риску на одного заемщика;
  • по сделкам с заинтересованностью.

Включение в реестр ЦБ

Лизинговой активностью якобы занимается большое количество компаний – речь идет о десятках тысяч. При этом у подавляющего большинства в реальности всего несколько лизинговых сделок. Например, есть самосвал, кто-то его продает – пишут, что он сдан в лизинг, и за счет этого получают ускоренную амортизацию.

После введения законопроекта о лизинге число лизинговых компаний сократится. Останутся только те, кто занимается лизингом профессионально.

Задача лизинговой СРО

На переходный период в лизинговой отрасли СРО будет осуществлять регулирование в отсутствие такового.

Сейчас есть порядка 12 крупных ЛК. Они заинтересованы в том, чтобы никто не жульничал. Они через СРО и будут устанавливать правила игры и следить за их исполнением. Если эти стандарты будут эффективны, затем их можно реализовать в виде государственных актов.

Операционный лизинг

Часть лизинговых компаний, которые в основном ассоциированы с производителями, работают в области классического финансового лизинга: у них даже в договорах может быть не прописано, как передаваемый в лизинг объект забирать. Эти компании более склонны накладывать финансовые санкции на лизингополучателя. У них нет ни ресурса, ни желания забирать предмет лизинга и работать с ним.

Читайте также:  Рамочный договор поставки

Есть другой тип компаний, у которых есть такой ресурс и компетенция в работе с лизинговыми объектами. Они готовы, способны и хотят в случае неплатежей забрать предмет лизинга и передать его другому контрагенту. В первом случае это залог, во втором – операционный лизинг, то есть аренда.

Обе эти модели имеют право на жизнь и будут учтены во время разработки поправок в Гражданский кодекс. В частности, в ГК четко пропишут право лизингодателя забрать предмет, отданный в операционный лизинг.

Изъятие без суда

В операционном лизинге сейчас действует изъятие предмета лизинга по исполнительной надписи нотариуса во внесудебном порядке. Договоры включают пункт, что после нескольких неплатежей предмет изымают. Но для лизингополучателя введут конкретное число неплатежей.

Внесудебное изъятие в любом случае останется. Такая норма будет введена в ГК, поскольку судебное разбирательство долгое, а операционный лизинг – достаточно мобильный бизнес.

Международный опыт: приостановление использования

Согласно зарубежной практике, для восстановления платежной дисциплины лизинговая компания может без изъятия техники на какое-то время приостановить ее эксплуатацию до погашения задолженности.

Такая мера реформой лизинга в России пока не предусмотрена, но и не исключается.

Минфин утверждает, что компаниям, которые работают с финансовым лизингом (обычно это «дочки» производителей западной техники), даже невыгодно приостанавливать эксплуатацию предмета лизинга. Они хотят, чтобы он продолжал работать, потому что это увеличивает их шансы через суд истребовать деньги за невыплату по договору. Те же, кто в большей степени используют операционный лизинг, просто забирают предмет лизинга. С переданным в лизинг объектом они и сами обладают компетенцией в работе и могут быстро найти нового лизингополучателя.

Источник: интервью замминистра финансов Алексея Моисеева газете «Коммерсантъ».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Лизинг по-новому: что изменит реформа

Грядущая реформа российского рынка лизинга полностью изменит его структуру и правила игры. Этой весной Центробанк представил разработанные совместно с Минфином поправки в федеральное законодательство

Игроки рынка лизинга ожидают, что в результате реформы произойдет повышение прозрачности и инвестиционной привлекательности отрасли, стоимость кредитных ресурсов для фондирования контрактов снизится. При введении регулирования отрасли Центробанком, будет выстроена эффективная система управления рисками, исключены мошеннические сделки, кроме того, с рынка уйдут небольшие игроки, усилится специализация остальных лизинговых компаний. В итоге реформа позволит предложить клиентам более гибкие условия лизинга коммерческого транспорта, снизить стоимость сделок и повысить уровень сервиса.

Подготовка реформы лизинга началась весной 2016 года после проведения исследования, в ходе которого Центробанк проверил ситуацию на лизинговом рынке с точки зрения влияния на банковский сектор и в целом на экономику. Предпосылкой явилась череда дефолтов лизинговых компаний, которые не смогли отвечать по обязательствам перед банками, в особенно важных для государства отраслях, в частности, в авиации.

Как отмечает член правления компании Carcade Дмитрий Чернышев, повысившееся внимание государства к лизингу — в общем тренде возрастания роли регулятивной функции госорганов на финансовых рынках. «Годовой объем нового лизингового бизнеса в России исчисляется сотнями миллиардов рублей, а на лизинговые инструменты в 2014–2017 гг. делается большая ставка в рамках программ поддержки целых отраслей промышленности. Именно поэтому инициатива реформирования рынка со стороны государства — вполне ожидаемое событие», — считает он.

К весне 2017 года ЦБ согласовал разработанный совместно с Минфином план реформы рынка финансового лизинга. Этот план предусматривает подготовку законопроекта по его регулированию, переход лизинговых компаний на международные стандарты финансовой отчетности (МСФО), работу над поправками в Гражданский и Налоговый кодекс.

Минфин и ЦБ подготовили первый законопроект, который скоро будет внесен в Госдуму. Его основные положения включают создание реестра лизинговых компаний, размер минимального капитала, обязательное содержание в названии предприятия слова «лизинг» или его производных, введение саморегулирования, перечень полномочий ЦБ, включая установление формы, порядка и сроков представления отчетности, а также положения переходного периода.

Многие лизинговые компании уверены, что реформа в целом позитивно отразится на отрасли. В числе ее основополагающих принципов, предложенных Минфином и ЦБ, — введение саморегулирования, предполагающего разработку и внедрение общих стандартов деятельности в части управления рисками и внутреннего контроля.

Отдельные пункты законопроекта закрепляют появление на рынке лизинга саморегулируемой организации (СРО), которая сможет взять на себя часть функций, возложенных до этого на ЦБ, и будет аккумулировать необходимую информацию о деятельности лизинговых компаний в соответствии с указаниями регулятора.

Для вступления в СРО необходимо обладать достаточным капиталом. Предполагается, что минимальный размер собственных средств у лизинговой компании с активами до 500 млн руб. должен будет составлять 20 млн руб., а для компаний с активами от 500 млн руб. — 70 млн руб. Сложности возникнут у тех игроков, чей собственный капитал сегодня значительно меньше установленного предела — на рынке существуют весьма крупные компании, собственный капитал которых не соответствует заявленным в законопроекте размерам, обращают внимание критики реформы.

Повысить открытость лизинговой деятельности предполагается за счет внедрения международных стандартов финансового учета и отчетности (МСФО).

«На сегодняшний день лизинговые компании являются обычными юридическими лицами, ведущими стандартную бухгалтерскую отчетность по РСБУ, такую же, как ведут, например, производственные фирмы, — объясняет директор ГК «Интерлизинг» Александр Рябцев. — Но их деятельность очень специфична, формирование основных показателей значительно отличается по смыслу от тех же производств, где есть себестоимость производимой продукции и выручка от ее реализации».

В связи с этим, продолжает он, по обычной отчетности понять реальное финансовое положение лизинговой компании не представляется возможным, что влияет на недоверие банков, следовательно, затрудняет получение от них фондирования и повышает его стоимость.

Перевод лизинговых компаний на отчетность по МСФО будет способствовать укреплению доверия к ним со стороны кредиторов и инвесторов, повышению прозрачности отрасли, росту ее инвестиционной привлекательности. В результате должна снизиться стоимость привлечения лизинговыми компаниями финансовых ресурсов. Это, в свою очередь, позволит уменьшить стоимость лизинга коммерческого транспорта для конечных клиентов и увеличить сроки финансирования.

Как рассказал Александр Рябцев, ряд лизинговых компаний работают в сегменте крупных корпоративных сделок, что приводит к высокой концентрации их портфеля, а это вызвало ряд дефолтов на лизинговом рынке в 2008 – 2016 гг. Требуется внедрение стандартов рискменеджмента, что позволит сократить потери кредиторов и инвесторов лизинговых компаний. Это сделает лизинговые компании желанными клиентами для банков и других инвесторов и, в конечном итоге, позволит снизить цену фондирования.

Редко встречается практика секьюритизации лизингового портфеля — на рынке представлены единичные примеры выпуска облигаций, а это очень действенный инструмент для диверсификации источников фондирования и снижения его стоимости, добавляет эксперт.

Переход на новый план счетов и учет, как и саморегулирование, устанавливающее требования к системе управления рисками и внутреннему контролю, однозначно приведет лизингодателей к дополнительным затратам, парируют противники нововведения. Крупные игроки, по их мнению, перенесут это легче, а небольшие компании столкнутся с проблемами и будут вынуждены либо перенести издержки на клиентов, либо сократить свою прибыль, либо вообще уйти с рынка.

Одновременно в рамках формирования прозрачной и полноценной нормативно-правовой основы лизинговой деятельности законодателям предстоит разрешить фундаментальный вопрос о том, как правильно трактовать лизинг в судопроизводстве.

«Проблематика состоит в двойственности лизинга, как по сущности, так и с точки зрения законодательства, — говорит Александр Рябцев. — В судопроизводстве, с одной стороны, лизинг трактуется как арендная деятельность, с другой стороны, есть практика принятия решений при трактовке лизинга как финансового инструмента. В связи с этим мы регулярно сталкиваемся с разногласием в принятии решения в судах, нет возможности выработать четкую позицию относительно действий компании».

Еще один не проработанный до конца вопрос касается защиты имущественных интересов лизингодателей и минимизации их рисков.

В настоящий момент действующая редакция ФЗ «О лизинге» предполагает списание просроченных лизинговых платежей путем выставления инкассовых поручений на счет лизингополучателя, если последний допускает более двух просрочек. Однако, указывают игроки рынка, ни федеральный закон, ни какие-либо другие нормативные документы не дают исчерпывающей информации о комплекте необходимых для исполнения этой процедуры документов. В связи с этим процесс работы по инкассо крайне затруднен.

«Также, несмотря на то, что предмет лизинга является собственностью лизингодателя, изъятие его у недобросовестного клиента (если последний отказывается добровольно вернуть имущество) возможно только по решению суда. Существенно упростить этот процесс могло бы внесение в законодательные акты положения об изъятии имущества по исполнительной надписи нотариуса», — считает директор ГК «Интерлизинг».

Он указывает, что для лизингополучателей также есть ряд недоработок: отсутствие системного механизма работы с жалобами, навязывание дополнительных услуг по нерыночным ценам, долговые ловушки при сделках лизинга с физическими лицами. «Радует только то, что это скорее исключения для лизингового рынка, и грешат этим небольшие компании, — отмечает Александр Рябцев. — Тем не менее отдельные эпизоды периодически встречаются».

Вместе с тем на обеспечение защиты прав клиентов направлен запланированный в рамках реформы переход лизингового рынка на современные электронные технологии взаимодействия с лизингополучателями и государственными органами. Лизинговую деятельность планируется перевести на электронную платформу, что позволит защитить участников рынка и федеральные органы власти от мошенничества, основанного на фиктивных договорах.

Компании, которые не могут или не желают соответствовать принятым правилам, должны будут уйти с рынка или перепрофилироваться. Остальные — повысят эффективность бизнеса, перенастроив его под новые стандарты, и будут готовы предложить клиентам лучшие условия и сервис.

«Вероятно, повышение уровня конкурентоспособности именно в таком ключе выходит за рамки одного только нормативного регулирования и связано с общим изменением подходов государства к роли частного бизнеса на рынке лизинга», — заключает член правления компании Carcade Дмитрий Чернышев.

ДМИТРИЙ ЧЕРНЫШЕВ / ЧЛЕН ПРАВЛЕНИЯ КОМПАНИИ CARCADE

— Заявленная ЦБ и Минфином РФ цель изменений закона о лизинге — стандартизация рынка, снижение рисков лизингодателей и лизингополучателей, развитие лизинга и повышение его значения для национальной экономики. Принятие закона — это старт для структурной реформы всего рынка.

Мы считаем, что, помимо заявленных, одной из главных целей реформирования должно стать «разгосударствление» и повышение уровня конкуренции на рынке лизинга. В настоящее время ведущие позиции (в том числе и в розничных сегментах) занимают компании со значительным госучастием, и эти позиции обусловлены не эффективной бизнес-моделью, а поддержкой материнских банков и госкорпораций, возможностью привлекать их «длинные и дешевые деньги». Это — нерыночная ситуация. На наш взгляд, в розничных сегментах рынка конкурировать за клиентов должны между собой частные лизинговые компании, объективно обладающие большей гибкостью и способные обеспечить клиентам лучший сервис.

Чтобы соответствовать новым стандартам, лизингодатели должны настраивать отчетность под новые требования, инсталлировать новые бизнес-процессы, финансировать деятельность саморегулируемой организации лизинговой отрасли, обучать персонал. Все это связано со значительными расходами, которые могут оказаться чрезмерными для небольших региональных игроков. Именно поэтому количество компаний, предоставляющих услугу лизинга коммерческого транспорта, вероятно, изменится. Часть некрупных операторов может просто уйти с рынка, а некоторые из тех, для кого автолизинг не является основным бизнесом, сосредоточатся на более приоритетных для себя сегментах.

Основной позитивный момент для участников рынка состоит в том, что банковское сообщество и инвесторы должны будут оценить повысившийся уровень прозрачности отрасли, а стоимость кредитных ресурсов для фондирования контрактов снизится. Перенастройка бизнеса, прозрачная универсальная для всех отчетность и «диджитализация» процессов должны дать новый импульс для развития лизингового бизнеса.

В идеале, по плану авторов реформы, услуга лизинга должна стать в максимальной степени прозрачной, понятной, а главное — недорогой. Вероятно, в первой половине 2020-х гг., когда реформа должна перейти в завершающую стадию, услуга действительно станет более привлекательной в ценовом плане. В ходе самого реформирования ситуация для лизингополучателей не всегда может складываться со знаком «плюс».

Так, при банкротстве лизинговой компании право собственности на транспорт, которым уже пользуется клиент, переходит к другой организации (вероятнее всего, к банку, предоставившему лизингодателю кредиты под залог имущества). Какое решение может принять новый собственник в отношении транспорта? Наихудшие сценарии нельзя исключить полностью…

Читайте также:  Образец претензионного письма о невыполнении условий договора

Другой риск для лизингополучателей — повышение стоимости услуг. Некоторые компании могут «переложить» часть своих расходов в ходе реформы на лизингополучателей.

Однако все эти риски актуальны в основном для клиентов небольших региональных компаний, предоставляющих услугу лизинга коммерческого транспорта. Крупные участники рынка из ТОП-30 смогут защитить интересы своих клиентов и сделать так, чтобы реформирование отрасли прошло для них без негативных последствий.

АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВ / ГЛАВНЫЙ ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР ПАО «ЕВРОПЛАН»

— Предпосылкой к регулированию отрасли изначально стали крупные проблемные сделки конкретных лизингодателей. Автолизинг же в контексте регулирования и, в конечном счете, с точки зрения стабильности российской финансовой системы — сегмент не критичный, долгое время он развивался за счет успешной деятельности частных лизинговых компаний.

При этом регулирование рынка государством затронет все лизинговые компании и все сегменты. Главное, чтобы оно не ограничило эффективную работу частного капитала. В целом, мы считаем, что переход на новые стандарты и план счетов бухгалтерского учета могут позитивно отразиться на прозрачности рынка, что улучшит условия привлечения средств для отрасли.

Реформа лизинга сможет обеспечить четкую работу механизмов защиты лизингополучателей и лизингодателей, которые несут основные риски, порой исчисляющиеся миллиардами рублей. Мы рассчитываем на доработку и повышение эффективности этих механизмов, например, в части исполнения банком инкассового поручения (распоряжения), предъявленного лизинговой компанией. Снижение ставок для конечных лизингополучателей будет возможно за счет снижения премии за риск в фондировании лизинговых компаний как рыночных заемщиков, если произойдет реальное повышение прозрачности и инвестиционной привлекательности отрасли в результате реформы.

По нашему мнению, будущее рынка принадлежит специализированным, сфокусированным на тех или иных сегментах лизинговым компаниям. К примеру, частные предприятия могут заниматься автолизингом, а государственные — авиализингом и другими сложными областями, важными для осуществления стратегических госпроектов. При таком условии лизинговые компании, отлично знающие профиль своих клиентов и их потребности, имеют возможность сконцентрировать силы на том, что действительно важно.

АЛЕКСАНДР РЯБЦЕВ / ДИРЕКТОР ГК «ИНТЕРЛИЗИНГ»

— В лизинговой отрасли уже давно назрела необходимость изменений. Согласно концепции реформы лизингового рынка (версия от 07.06.2016), основные изменения должны идти по следующим направлениям: формирование прозрачной и полноценной нормативно-правовой основы лизинговой деятельности; повышение транспарентности лизинговой деятельности за счет внедрения международных стандартов финансового учета и отчетности; защита имущественных интересов лизингодателей и минимизация их рисков; обеспечение защиты прав лизингополучателей; снижение стоимости финансирования лизингодателей в целях уменьшения стоимости лизинга для конечных клиентов из нефинансового сектора экономики; переход лизингового рынка на современные электронные технологии взаимодействия с лизингополучателями и государственными органами; поддержание справедливой конкуренции.

Однако, к сожалению, последняя редакция поправок к ФЗ не помогает расшить ключевые проблемные зоны, имеющиеся в отрасли. Основное направление изменений — реализация проекта по созданию СРО (саморегулируемой организации), которая будет регулировать лизинговый рынок.

Для вступления в СРО лизинговая компания должна обладать достаточным капиталом: 70 млн руб. для предприятий с балансовой стоимостью активов 500 млн руб. и более; 20 млн руб. для предприятий с балансовой стоимостью активов менее 500 млн руб. При этом ФЗ не предусматривает правил расчета показателя «капитал». В случае невступления в СРО лизинговая компания должна завершить свою деятельность (при этом она может спокойно работать в рамках действующих договоров лизинга до момента их полного исполнения).

Таким образом, если лизинговая компания не имеет достаточного капитала или акционер не может ее докапитализировать, она будет вынуждена покинуть рынок. Это приведет к снижению конкуренции, в первую очередь в регионах: останутся крупные региональные игроки и филиалы федеральных компаний. Данные изменения глобальны и коснутся всех сегментов рынка, в т. ч. лизинга коммерческого транспорта.

Для лизингополучателей наиболее ощутимым фактором принятия поправок в закон может стать снижение стоимости финансирования по сделкам лизинга. Это будет связано с тем, что повысится транспарентность лизинговых компаний, в результате чего банки смогут финансировать их по меньшей ставке и в большем объеме. Кроме того, при введении регулирования отрасли ЦБ будут исключены мошеннические сделки.

Уже сейчас Правительство РФ поддерживает сегмент лизинга коммерческих автомобилей за счет программы финансирования лизинга колесного транспорта (программа МинПромТорг) — до 1 декабря 2017 г. действует скидка на уплату аванса в размере 10 % от его стоимости.

Какие будут изменения и к чему они приведут?

В ГК появится новая глава под названием «Финансовый лизинг». Rating Review узнал у экспертов, как изменится рынок после принятия законопроекта и как новелла повлияет на граждан.

В чем суть реформы?

В ближайшее время рынок лизинга в России сильно изменится, правительство разработало два законопроекта с поправками в Гражданский кодекс, которые закрепят сам термин, его условия, правила платежей и другие нюансы. Согласно первой новелле, которая уже прошла общественное обсуждение, но еще не внесена в Думу, вместо §6 гл. 34 «Финансовая аренда (лизинг)» в Гражданском кодексе появится гл. 43.1 «Финансовый лизинг». По содержанию она будет близка действующей сейчас версии, но есть и отличия. Например, в нынешнем виде ГК утверждает, что предметом договора финансовой аренды могут быть любые непотребляемые вещи, кроме земельных участков и других природных объектов. В новом варианте предмет лизинга описывается как «непотребляемые вещи, включая вещи, ограниченные в обороте, в той мере, в какой их оборот допускается законом». Новая глава, кроме важных определений, дает также ответы на вопросы о пользовании лизинговым имуществом, риске его случайной гибели или повреждения, последствиях его утраты, правилах страховки, ответственности сторон и других темах.

Таким образом лизинг постепенно выведут из-под действия законодательства об аренде, он будет иметь собственную правовую природу.

Второй закон (он уже готовится к первому чтению) будет регулировать деятельность лизинговых компаний, частично или полностью принадлежащих государству, а также таких, которые получают поддержку властей. Их всех отнесут к некредитным финансовым организациям (НФО).

К выводу о том, что реформа лизинга необходима, пришел Национальный совет по обеспечению финансовой стабильности. По его мнению, рынок лизинга сейчас существует и развивается только благодаря господдержке, при этом он плохо контролируется и непрозрачно функционирует. Поэтому законодатель предлагает повысить информационную прозрачность лизингового рынка путем введения постоянного мониторинга. Законопроект помещает лизинговые компании, напрямую или косвенно связанные с государством под регулирование, контроль и надзор Банка России. Это значит, что их занесут в специальный реестр, и они будут отчитываться перед регулятором.

Что это значит?

Разработчики законопроекта уверены, что объем и темпы роста, ценообразование и состояние конкурентной останутся без изменений, и со временем у клиентов укрепится доверие к компаниям, входящим в Реестр.

Заместитель гендиректора «Государственной транспортной лизинговой компании», которая стала лидером на российском рынке лизинга (смотреть полный рэнкинг) по объему бизнеса в 2018 году, Владимир Добровольский считает, что закон не позволит отрасли развиваться. «Принятие законопроекта в предложенной редакции недопустимо ввиду существенных рисков для отрасли, а также множества недоработок и пробелов, имеющих непреодолимый, системный характер, связанный с неверно выбранной концепцией для регулирования лизинговых отношений на основе кредитной теории лизинга», – говорит он.

Член правления компании «Сбербанк Лизинг» Алексей Киркоров тоже к инициативе относится скептически. «Предполагаемые изменения повлияют на нас очень сильно. Даже если все будет сделано идеально, полная перестройка судебной практики и ее создание с нуля отбросят нас в этом отношении к началу 2000-х, когда рынок только формировался. Это приведет к полной перестройке всех наших бизнес-процессов», – заявил Киркоров.

Реформа повлияет на обычных людей?

Реформа проводится в интересах клиентов лизинговых компаний, будь то юридические лица или физические. О том, что изменятся цены, речь пока не идет, но рынок станет прозрачнее.

«Вводимое регулирование призвано обеспечить интересы и права клиентов финансовых организаций, а также экономическую безопасность государства», – сказано в пояснительной записке.

Подготовлен законопроект о регулировании лизинговых компаний

Минфин РФ выложил на regulation.gov.ru законопроект «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части регулирования лизинговых компаний». Публичное обсуждение проекта проводится в период с 27 марта по 21 апреля 2017 года.

В пояснительной записке к законопроекту указано, что российский рынок лизинга, по данным международного исследования White Clarke Group Global Leasing Report (2016), занимает 11-е место по объему лизингового портфеля и второе после Китая среди стран с формирующимися рынками. При этом российский лизинговый сектор, несмотря на зрелую стадию развития, сталкивается с рядом проблем, которые препятствуют дальнейшему развитию лизинга, констатируют в Минфине.

Как отмечается, прежде всего это «отсутствие регулирования в отношении лизинговых компаний и их низкая информационная прозрачность, которые приводят к увеличению системных рисков лизинговой деятельности по мере роста лизингового рынка». «К числу наиболее важных проблем относится отсутствие унификации учета и отчетности с МСФО, недостаточная защита имущественных прав лизингодателей, высокие операционные издержки. Отдельную проблему составляют слабо развитые системы риск-менеджмента и корпоративного управления, что в 2014—2016 годах привело к ухудшению финансового положения некоторых крупных лизингодателей. Проблемы отдельных компаний привели к росту стоимости заемных средств для остальных лизингодателей и, как следствие, завышению стоимости лизинга для нефинансового сектора экономики», — заявляют в Минфине.

Как рассказали в Банке России, который участвовал в подготовке документа, согласно законопроекту право осуществления лизинговой деятельности получат лизинговые компании, банки, микрокредитные компании и иностранные юридические лица. Лизинговые компании, которые созданы в форме хозяйственных обществ и сведения о которых внесены в реестр субъектов лизинговой деятельности, получат статус некредитных финансовых организаций. «Внесение Банком России сведений о компаниях в реестр субъектов лизинговой деятельности позволит определить периметр лизингового рынка, за которым планируется сохранить экономические преимущества, связанные с финансированием в форме лизинга», — говорится в комментарии ЦБ.

Предполагается установить минимальный размер собственных средств лизинговых компаний на уровне 70 млн или 20 млн рублей в зависимости от масштабов их деятельности. Как уточняется в пояснительной записке Минфина, порог по размеру собственных средств в 70 млн рублей устанавливается в отношении лизинговых компаний с балансовой стоимостью активов 500 млн рублей и более, порог в 20 млн — для компаний с балансовой стоимостью активов менее 500 млн. Эти требования должны вступить в силу с 1 января 2020 года, следует из текста законопроекта.

Предусмотрен переходный период для приведения лизинговыми компаниями размера собственных средств до указанных уровней. Так, для определенных выше крупных компаний порог составит 30 млн рублей с 1 января 2018 года и 50 млн с 1 января 2019-го, а для компаний с активами менее 500 млн рублей — 10 млн и 15 млн соответственно.

Также сообщается, что лизинговым компаниям предстоит перейти к финансовому учету и отчетности для некредитных финансовых организаций, гармонизированным с международными стандартами. Их финансовая отчетность будет подлежать обязательному ежегодному аудиту. «В целом изменения в учете и отчетности повысят транспарентность участников рынка и позволят укрепить к ним доверие со стороны кредиторов и инвесторов, а также сформировать статистику рынка лизинга», — рассчитывает регулятор.

Из текста законопроекта в числе прочего следует, что лизинговые компании обязательно должны будут иметь слово «лизинг» в своем наименовании, а иные хозяйственные общества, напротив, не вправе будут использовать в названиях это слово, сочетания с ним и производные от него.

Как и на других финансовых рынках, для лизинговых компаний будет введено саморегулирование. Это, как считают авторы законопроекта, позволит частично унифицировать лизинговую деятельность, а также снизить риски лизингодателей за счет внедрения минимальных стандартов управления рисками и внутреннего контроля.

«Таким образом, законопроект, подготовленный в рамках реформы рынка лизинга, призван сформировать прозрачную и полноценную нормативно-правовую основу деятельности лизингодателей. Реформа позволит повысить прозрачность лизинговой деятельности, что должно способствовать снижению премии за риск на лизинговые компании», — говорится в комментарии ЦБ.

Уточняется, что внедрение законодательных новаций предусматривает продолжительный переходный период. Министерством финансов совместно с Банком России согласован план совместных действий на 2017—2018 годы, который призван обеспечить комплексность и синхронизацию шагов по реализации реформы. Ожидается, что представленный законопроект будет принят до конца 2017 года.

Ссылка на основную публикацию