Могут ли обеспечительные меры препятствовать исполнению судебного решения?

Могут ли обеспечительные меры препятствовать исполнению судебного решения?

“Журнал Суда по интеллектуальным правам”, № 10, декабрь 2015 г., с. 51-55

В судебной практике возможны ситуации, когда возникший между сторонами спор может разрешаться в рамках не одного дела, а в ходе производства по нескольким взаимосвязанным делам. Соответственно, в таких обстоятельствах возникает риск вынесения противоречащих друг другу судебных актов.

В ходе производства по одному из дел, в котором автор участвовал в качестве представителя одной из сторон, сложилась ситуация, когда перед судами встал вопрос: может ли исполнение решения суда, вступившего в законную силу, быть фактически приостановлено на основании определения о принятии обеспечительных мер по другому делу?

Обстоятельства дела следующие.

Производитель косметической продукции под известным на мировом рынке брендом вышел на российский рынок через своего дистрибьютора, который в течение несколько лет успешно реализовывал его продукцию на российском рынке.

Производитель вовремя не зарегистрировал свой товарный знак на территории России. Этим воспользовался дистрибьютор, который зарегистрировал товарный знак производителя на свое имя, после чего создавал препятствия для импорта оригинальной продукции на российский рынок.

Производитель попытался договориться с дистрибьютором на приемлемых условиях. Частью указанных договоренностей стал договор об отчуждении исключительного права на спорный товарный знак в пользу производителя (далее по тексту – Договор об отчуждении). Несмотря на достигнутые договоренности и после исполнения производителем своих обязательств дистрибьютор создал препятствия в регистрации Договора об отчуждении в Роспатенте.

Производитель, интересы которого представлял автор, обратился с иском о регистрации Договора об отчуждении в суд (далее по тексту – Дело о регистрации договора) и выиграл указанное дело (А40-89861/2014), решение по которому вступило в законную силу. В соответствии с указанным решением Роспатент был обязан зарегистрировать Договор об отчуждении.

Однако после вступления решения в законную силу дистрибьютор обратился с иском (А40-26037/2015) о признании Договора об отчуждении недействительным (далее по тексту – Дело о недействительности договора). В рамках Дела о недействительности договора суд вынес определение о принятии обеспечительных мер, в соответствии с которыми Роспатенту запрещается осуществлять государственную регистрацию договоров о распоряжении исключительным правом на спорный товарный знак, в том числе Договора об отчуждении. Таким образом, определение о принятии обеспечительных мер вступило в конфликт с вступившим в законную силу решением суда, фактически приостановив исполнение указанного решения.

Следует отметить, что производителю было крайне необходимо исполнить вступившее в законную силу решение, так как в результате конфликта с дистрибьютором импорт продукции был заблокирован более чем на один год.

Указанный конфликт двух судебных актов длился более шести месяцев и принес значительные убытки производителю, которые также выразились в потерях, связанных с невозможностью импорта своей продукции в Россию, с потерей доли на российском рынке и репутационными потерями.

Несмотря на то, что дистрибьютор полностью проиграл в первой инстанции и второе дело, производитель не мог «разблокировать» исполнение вступившего в законную силу решения суда по Делу о регистрации договора, так как обеспечительные меры продолжали действовать до завершения производства в суде апелляционной инстанции.

Производитель неоднократно обращался с ходатайством об отмене обеспечительных мер, а также обжаловал определение суда о принятии обеспечительных мер в суд апелляционной и кассационной инстанции.

Суд апелляционной инстанции фактически отстранился от решения возникшего вопроса, отказавшись каким-либо образом прокомментировать доводы производителя о противоречии судебных актов и ограничившись сухой констатацией норм закона, посвященных обеспечительным мерам.

Суд по интеллектуальным правам отменил незаконное определение о принятии обеспечительных мер и тем самым «разблокировал» исполнение вступившего в законную силу решения суда по первому делу. Таким образом, производитель получил право требовать исполнения решения, не дожидаясь завершения производства по Делу о недействительности договора в суде апелляционной инстанции.

Производитель привел в суде следующие доводы в обоснование незаконности определения о принятии обеспечительных мер.

Ситуация, когда после или одновременно с рассмотрением дела о нарушении договора подается отдельный иск о признании данного договора недействительным, хорошо известна в судебной практике и была рассмотрена ВАС РФ в Постановлении Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 57 (далее по тексту – Постановление Пленума № 57), в п. 1 которого указано: «1. Возбуждение самостоятельного производства по иску об оспаривании договора 1 , само по себе не означает невозможности рассмотрения дела о взыскании по договору 2 в судах первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, в силу чего не должно влечь приостановления производства по этому делу на основании пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, а также приостановления исполнения судебного акта по правилам части 1 статьи 283 либо части 1 статьи 298 Кодекса».

Основные выводы высшей судебной инстанции по рассматриваемому вопросу можно свести к следующим тезисам:

подача отдельного иска о признании договора недействительным не запрещена российским законодательством (в нашем случае – Дело о признании договора недействительным);

подача отдельного иска о признании договора недействительным не является основанием для приостановления производства по делу о нарушении договора (в нашем случае – Дело о регистрации договора), а также не является основанием для приостановления исполнения решения суда по указанному делу.

Кроме того, в Постановлении Пленума № 57 указано, что доводы о недействительности и незаключенности договора могут быть заявлены ответчиком в форме встречного иска или возражений против доводов истца в рамках производства по делу о взыскании по договору. В таком случае возникший спор может быть рассмотрен в рамках одного дела, что обеспечивает процессуальную экономию и позволяет избежать вынесения противоречащих друг другу судебных актов.

Полагаем, что, несмотря на признание допустимости заявления отдельных исков об оспаривании договоров ВАС РФ выразил свое негативное отношение к таким способам защиты, которые в большинстве случаев используются только с одной целью: затянуть производство по делу о нарушении договора.

Соответственно, чтобы ограничить злоупотребления процессуальными правами со стороны ответчиков, которые выражаются в подаче отдельных исков об оспаривании договоров, высшая судебная инстанция разъяснила, что такого рода очевидные злоупотребления не могут рассматриваться в качестве оснований для приостановления производства по делам о взыскании по договору или в качестве оснований для приостановления исполнения вступивших в законную силу решений судов.

Таким образом, позиция ВАС РФ лишает ответчиков возможности затянуть производство по делам о взыскании по договору путем подачи отдельных исков об оспаривании договоров, что исключает получение преимуществ, в том числе в виде возможности приостановления исполнения решения суда.

Исключая возможность затянуть производство по делу или приостановить исполнение решения суда, ВАС РФ стимулирует ответчиков по искам о взыскании по договорам заявлять свои доводы о незаключенности или недействительности договора в форме возражений или встречного иска в рамках дела о взыскании по договору, что позволяет всесторонне рассмотреть возникший конфликт в рамках одного дела и избежать ситуации вынесения противоречивых судебных актов.

Необходимо отметить, что в Постановлении Пленума № 57 не был рассмотрен вопрос о возможности приостановлении исполнения решения суда путем вынесения определения о принятии обеспечительных мер по делу об оспаривании договора. Однако если ВАС РФ не допускает приостановление исполнения решения в рамках дела о взыскании по договору, разве можно предположить, что ВАС РФ допустил бы возможность приостановления исполнения решения на основании определения о принятии обеспечительных мер, вынесенного по другому делу?

Полагаем, что ВАС РФ не рассмотрел вопрос о возможности такого рода приостановления исполнения решения суда в виду очевидной абсурдности и недопустимости ситуации, когда оно приостанавливается определением о принятии обеспечительных мер, вынесенному по другому делу.

В рассматриваемом деле исполнение решения могло быть приостановлено только в рамках первого дела – Дела о регистрации договора, а именно судом кассационной инстанции (СИП РФ). Суд первой инстанции, рассматривающий второе дело, не имел права вмешиваться и фактически приостанавливать вступившее в законную силу решения суда и после обнаружения конфликта судебных актов суд должен был отменить своё определение о принятии обеспечительных мер.

Иное толкование приводит к парадоксальной ситуации, когда, несмотря на невозможность приостановления исполнения в рамках кассационного и надзорного производства, такая возможность предоставляется суду первой инстанции путем принятия обеспечительных мер в рамках производства по другому делу, что предоставляет недобросовестным ответчикам не предусмотренный законом способ для приостановления исполнения решения суда.

Полагаем, что такое толкование не соответствует принципам процессуального законодательства, в том числе принципу обязательности вступивших в законную силу судебных актов (ст.16 АПК РФ).

В качестве компромиссного варианта суд первой инстанции мог принять обеспечительные меры, которые не противоречили бы решению суда, например, запретив осуществление государственной регистрации договоров о распоряжении исключительным правом на спорный товарный знак за исключением спорного договора. Таким образом, принятие обеспечительных мер в таком объеме не препятствовало бы исполнению решения суда.

По мнению автора, подав ходатайство о принятии обеспечительных мер, дистрибьютор, прежде всего, выбрал неверный способ защиты, так как он вместо заявления ходатайства об обеспечении иска должен был заявить ходатайство о приостановлении исполнения вступившего в законную силу решения суда в рамках производства в суде кассационной инстанции по Делу о регистрации договора. Кроме того, дистрибьютор злоупотребил своими процессуальными правами, так как использовал институт обеспечительных мер для приостановления исполнения вступившего в законную силу решения суда.

Суд первой инстанции, удовлетворив ходатайство о принятии обеспечительных мер, во-первых, фактически подменил собой суд кассационной инстанции, то есть Суд по интеллектуальным правам РФ, к компетенции которого относился вопрос о приостановлении исполнения вступившего в законную силу решения суда по делу № А40-89861/2014. Во-вторых, суд первой инстанции фактически подменил процедуру приостановления исполнения вступившего в законную силу судебного акта институтом принятия обеспечительных мер по другому делу. Наконец, в-третьих, суд создал противоречащую процессуальному законодательству практику, когда исполнение вступившего в законную силу решения суда приостанавливается путем принятия обеспечительных мер по другому делу.

В завершение необходимо отметить, что Суд по интеллектуальным правам поддержал основные доводы Производителя:

указав , что суд первой инстанции, вынося определение о принятии обеспечительных мер, не учел наличие вступившего в законную силу решения суда по другому делу;

принятые обеспечительные меры фактически препятствуют исполнению судебного акта, вступившего в законную силу;

обращение Дистрибьютора с заявлением о принятии обеспечительных мер в части, препятствующей исполнению решения суда, является злоупотреблением своим процессуальным правом;

заявление о принятии обеспечительных мер не было должным образом обосновано Дистрибьютором.

Таким образом, Суд по интеллектуальным правам не допустил дальнейшего использования обеспечительных мер для приостановления исполнения решения суда, вступившего в законную силу, исключив одну из эффективных возможностей для затягивания исполнения решения суда.

Возникает закономерный вопрос: возможно ли избежать конфликта судебных актов, когда определение о принятии обеспечительных мер фактически приостанавливает исполнение вступившего в законную силу судебного решения по другому делу?

Можно предположить, что именно суд, разрешающий вопрос о соответствующих мерах, должен обеспечить законность соответствующего определения и, соответственно, – отсутствие конфликта между определением и другими судебными актами.

С другой стороны, необходимо учитывать, что обеспечительные меры принимаются судом в очень сжатые сроки, а именно: на следующий день после поступления соответствующего заявления. Очевидно, что сжатые сроки решения вопроса о принятии обеспечительных мер отражают природу данного института и являются необходимым условием его эффективности.

Возложение на суд обязанности проверять наличие судебных актов, с которыми обеспечительные меры могут вступить в конфликт, неминуемо отразится отрицательно на эффективности института обеспечительных мер, так как потребует дополнительных временных затрат для вынесения определения.

Автор полагает, что при решении вопроса о принятии обеспечительных мер суд не может и не обязан знать о судебных решениях, с которыми определение может вступить в конфликт. Действующее процессуальное законодательство имеет правовой механизм, который позволяет обеспечить интересы участвующих в деле лиц, не затрагивая эффективности института обеспечительных мер.

Речь идет о ст. 97 АПК, которая предоставляет возможность суду, вынесшему соответствующее определение, отменить обеспечительные меры в случае установления обстоятельств, свидетельствующих о незаконности их принятия.

Очевидно, что участвующее в деле лицо, чьи интересы затрагивает определение об обеспечительных мерах, имеет достаточную информацию о конфликте судебных актов и в наибольшей степени заинтересовано в устранении возникшего противоречия. Именно осведомленность и заинтересованность данного лица обеспечит своевременное информирование суда об отсутствии оснований для принятия обеспечительных мер, что позволит оперативно исправить ситуацию.

Таким образом, ст. 97 АПК РФ позволяет учесть интересы стороны и сохранить эффективность института обеспечительных мер, а также исключает необходимость вносить какие-либо изменения в процессуальное законодательство.

Необходимо отметить, что в описываемом деле значительные убытки были причинены именно отказом суда первой инстанции отменить обеспечительные меры, несмотря на два поданных ходатайства, которыми суд был проинформирован о конфликте между определением об обеспечительных мерах и вступившим в законную силу решением суда. Однако, несмотря на очевидный конфликт двух судебных актов суд первой инстанции отказал в отмене обеспечительных мер. Потребовалось около 5 месяцев и вмешательство суда кассационной инстанции, чтобы отменить соответствующее определение.

1 В целях настоящего Постановления термин “иск об оспаривании договора” используется для обозначения следующих исков: о признании договора незаключенным, о признании договора недействительным (прим. – выделено автором) и применении последствий недействительности, об изменении или расторжении договора.

2 В целях настоящего Постановления термин “дело о взыскании по договору” используется для обозначения дел, связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением договорных обязательств (прим. – выделено автором).

Для введения обеспечительных мер достаточно разумных подозрений о затруднениях с исполнением судебного акта

16 января Судебная коллегия по экономическим спорам пришла к выводу, что для введения обеспечительных мер нет необходимости подтверждать с высокой степенью достоверности совершение ответчиком действий, направленных на отчуждение принадлежащего ему имущества, достаточно лишь обоснованных подозрений в том, что такие действия могут быть совершены в дальнейшем (Определение № 305-ЭС19-16954 по делу № А40-168999/2015).

АСВ ходатайствовало о применении обеспечительных мер

В ноябре 2015 г. ПАО «Тайм Банк» было признано банкротом. В декабре 2018 г. Агентство по страхованию вкладов, его конкурсный управляющий, обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество нескольких физических лиц в пределах предъявленных к ним требований о привлечении к субсидиарной ответственности на общую сумму почти 600 млн руб.

К моменту подачи ходатайства производство по определению размера субсидиарной ответственности было приостановлено до формирования конкурсной массы, взыскания дебиторской задолженности и расчетов с кредиторами.

Необходимость принятия обеспечительных мер, по мнению агентства, в таких случаях объективно следует из значительного размера предъявленных имущественных требований и возможности отчуждения контролирующими лицами их имущества к моменту определения размера субсидиарной ответственности, что не позволит в дальнейшем исполнить соответствующий судебный акт.

Суды сочли ходатайство агентства необоснованным

Отказывая в удовлетворении заявления агентства о принятии обеспечительных мер, первая и апелляционная инстанции сослались на положения гл. 8 Арбитражного процессуального кодекса и разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума ВАС от 12 октября 2006 г. № 55 «О применении арбитражными судами обеспечительных мер» (определение от 5 февраля 2019 г. и постановление от 26 марта 2019 г.).

Читайте также:  Отзыв на исковое заявление в арбитражный суд

По мнению судов, агентство не доказало, что непринятие обеспечительных мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, и не подтвердило, что ответчики по соответствующему обособленному спору принимают меры по реализации принадлежащего им имущества и (или) что заявленные обеспечительные меры необходимы для предотвращения ущерба банку и его кредиторам.

С этим согласился суд округа, добавив, что конкурсный управляющий не смог доказать, что после принятия первой инстанцией определения о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчики совершают или уже совершили действия, направленные на сокрытие своего имущества.

ВС указал на ошибки нижестоящих инстанций

АСВ подало кассационную жалобу в Верховный Суд, который, изучив дело, обратил внимание на то, что, как ранее неоднократно отмечал КС РФ в своих постановлениях, исполнение судебного акта следует рассматривать как элемент судебной защиты. Дополнительно Судебная коллегия по экономическим спорам сослалась на постановление ЕСПЧ от 19 марта 1997 г. по делу «Хорнсби против Греции», из которого следует, что по смыслу ст. 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод право на исполнение судебного решения должно рассматриваться как неотъемлемая часть судебной защиты.

ВС отметил, что определение о привлечении к субсидиарной ответственности является судебным актом, вынесенным в пользу кредиторов. Однако сам по себе факт принятия судом такого определения не приводит к фактическому восстановлению прав последних, подчеркнула Экономколлегия. По мнению ВС, судебная защита прав кредиторов может быть признана эффективной лишь в случае обеспечения судом действительных гарантий возврата кредиторам денежных средств, на которые они справедливо рассчитывали.

«Ситуация, при которой в ходе судебного разбирательства недобросовестные контролирующие лица имеют возможность скрыть свое имущество, избежав обращения взыскания на него, а кредиторы лишены реального доступа к правовым средствам противодействия такому поведению ответчиков, является недопустимой», – подчеркнула судебная коллегия. Одним из способов обеспечения защиты прав кредиторов в подобной ситуации, по ее мнению, является институт обеспечительных мер, своевременное и разумное применение которого устраняет препятствия к исполнению судебного определения в будущем, достигая тем самым цели правосудия.

Сославшись на ч. 1 и 2 ст. 90 АПК, п. 1 ст. 46 Закона о банкротстве и п. 9 Постановления Пленума ВАС № 55, судебная коллегия указала, что основанием для принятия обеспечительных мер является предполагаемая затруднительность или невозможность исполнения судебного акта либо предотвращение причинения значительного ущерба заявителю в случае, если испрашиваемые меры не будут приняты. Обеспечительные меры носят временный срочный характер, они должны быть направлены на обеспечение иска и соразмерны заявленному требованию, отметил Суд.

Проанализировав ситуацию, ВС пришел к выводу, что в данном деле, отказав АСВ в принятии обеспечительных мер, суды фактически признали необходимым подтверждение с высокой степенью достоверности фактов совершения ответчиками действий, направленных на отчуждение принадлежащего им имущества, или приготовления к совершению такого рода действий. Однако, подчеркнул Верховный Суд, обеспечительные меры являются ускоренным предварительным средством защиты, поэтому для их применения не требуется представления доказательств в объеме, необходимом для обоснования требований и возражений стороны по существу спора (абз. второй п. 10 Постановления Пленума ВАС. № 55). Как указано в определении, для применения обеспечительных мер истцу достаточно подтвердить наличие разумных подозрений возникновения обстоятельств, перечисленных в ч. 2 ст. 90 АПК.

Суд напомнил, что законодатель, предусмотрев упрощенную процедуру разрешения вопроса о применении обеспечительных мер, установил и механизм, обеспечивающий соблюдение прав и законных интересов ответчика. В частности, по ходатайству такого лица обеспечительная мера может быть отменена судом. «Поскольку при разрешении заявления о принятии обеспечительных мер суд выясняет, какова вероятность затруднительности исполнения судебного акта, возникновения значительного ущерба на стороне заявителя, отказ судов в применении названных мер со ссылкой лишь на то, что доводы агентства носят предположительный характер, ошибочен», – указано в определении.

На этом основании ВС отменил акты нижестоящих инстанций и разрешил вопрос о принятии обеспечительных мер самостоятельно.

Судебная коллегия отметила, что заявление о принятии обеспечительных мер подано агентством уже после вынесения определения первой инстанции о наличии оснований для привлечения соответствующих физлиц к субсидиарной ответственности. При этом было установлено, что до признания банка банкротом семеро из привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц совершали недобросовестные действия, направленные на вывод денежных средств в значительном размере путем выдачи заведомо невозвратных кредитов в ущерб интересам клиентов организации.

ВС заметил, что указанные лица в течение рассмотрения судами различных вопросов, связанных с привлечением их к субсидиарной ответственности, не стремились доказать, что начали принимать меры по добровольному возмещению вреда или сотрудничать с агентством каким-либо образом. С учетом этого Экономколлегия пришла к тому, что ответчики не изменили свое поведение.

Соответственно, сделал вывод Верховный Суд, высока вероятность, что в дальнейшем эти лица продолжат действовать недобросовестно, что после определения размера ответственности каждого из них без принятия испрашиваемых обеспечительных мер существенно затруднит взыскание сумм возмещения, а значит, причинит ущерб кредиторам банка.

Верховный Суд наложил арест на имущество шести лиц, ранее привлеченных к субсидиарной ответственности, в пределах 480 млн руб., поскольку агентство смогло подтвердить необходимость применения обеспечительных мер лишь в пределах этой суммы.

При этом ВС не стал накладывать арест на имущество еще одного привлеченного к субсидиарной ответственности лица, поскольку размер причиненного его действиями вреда незначителен по сравнению с масштабом деятельности банка и существенно меньше вреда, причиненного другими ответчиками. Судебная коллегия посчитала, что именно в отношении этого гражданина агентству следовало дополнительно обосновать вероятность возникновения обстоятельств, указанных в ч. 2 ст. 90 АПК.

Также Суд обратил внимание на то, что результат рассмотрения им ходатайства о принятии обеспечительных мер не предопределяет то, каким образом должны быть разрешены вопросы о размере субсидиарной ответственности каждого из соответствующих лиц, а также о солидарном или долевом характере этой ответственности.

Эксперты поддержали отход от формализма

Адвокат МКА «СЕД ЛЕКС» Надежда Белоусова сообщила, что ранее Верховный Суд высказывался аналогичным образом в Определении №305-ЭС17-4004 (2) от 27 декабря 2018 г. (о чем писала «АГ»). Однако, заметила она, эта позиция не получила широкого распространения в практике нижестоящих инстанций.

«Сложилась крайне негативная тенденция в части применения обеспечительных мер. Отказывая в удовлетворении ходатайств об их принятии, суды чаще всего руководствуются формальными доводами и не дают четкого обоснования причин такого отказа», – указала адвокат.

В то же время, по словам Надежды Белоусовой, позиция Экономколлегии может двояко отразиться на судебной практике: с одной стороны, интересы кредиторов станут более защищенными и будут обеспечены арестованным имуществом, но с другой, отсутствие четких критериев обоснованности применения обеспечительных мер открывает возможность к их необоснованному применению.

Партнер Юридической фирмы «Инмар» Константин Иванчин сообщил «АГ», что арбитражные суды при рассмотрении заявлений о принятии обеспечительных мер в отношении имущества привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц часто отказывают в удовлетворении требований в связи с тем, что заявитель не представил суду достаточных доказательств, позволяющих сделать вывод о возможном отчуждении активов.

Эксперт отметил, что в данном деле Верховный Суд в очередной раз обратил внимание на недопустимость проявления судами формализма при принятии обеспечительных мер. «Доказывание недобросовестности ответчиков – это краеугольный камень в современной правоприменительной практике, – утверждает Константин Иванчин. – Очевидная затруднительность получения кредиторами прямых доказательств о планируемых действиях ответчиков приводит к беспрепятственному сокрытию недобросовестными ответчиками активов от взысканий по требованиям кредиторов. В связи с этим позиция Верховного Суда об обязании ответчиков самостоятельно доказать свою добросовестность представляется обоснованной».

По словам Константина Иванчина, применение такого подхода упрощает доказывание недобросовестности ответчиков и позволяет препятствовать отчуждению активов лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности.

Изменение стандарта доказывания или альтернативный подход?

Глава филиала МКА «Берлингтонз» в Санкт-Петербурге Александр Осетинский напомнил, что в соответствии с практикой ЕСПЧ право на исполнение судебного акта в разумный срок при исполнении решения против частного лица связано в том числе с необходимостью разумного содействия суда и органов принудительного исполнения. Обеспечительные меры являются одним из средств, позволяющих сделать исполнение реальным, или по меньшей мере повышающих вероятность исполнения, добавил адвокат.

По его словам, судебные акты нижестоящих инстанций по данному делу соответствуют сложившейся практике применения обеспечительных мер в виде ареста имущества, которая применительно к рекомендациям п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006 г. № 55 требует от заявителя представить доказательства того, что ответчик совершает действия, направленные на отчуждение своего имущества, или хотя бы явные приготовления к этому.

«Верховный Суд, не изменяя стандарта доказывания, применил иную логику: в данном случае он счел достаточным основанием для ареста имущества не действия ответчиков по его отчуждению, а общую недобросовестность действий ответчиков, доказанную при рассмотрении заявлений об их привлечении к субсидиарной ответственности», – пояснил Александр Осетинский. Тем самым, отметил адвокат, ВС сделал возможным иной путь доказывания необходимости применения обеспечительных мер, позволив ссылаться не только на действия ответчика по отчуждению или сокрытию имущества, но и на его «недобросовестную натуру».

«Думаю, этот подход может с некоторыми оговорками прижиться в банкротном производстве, но вряд ли будет принят на вооружение судьями гражданских коллегий арбитражных судов при рассмотрении обычных имущественных споров», – полагает Александр Осетинский.

Юрист арбитражной практики Enforce Law Company Елена Прокопчук, напротив, посчитала, что позиция ВС изменяет стандарт доказывания при рассмотрении требования о принятии обеспечительных мер в споре о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Эксперт отметила, что затруднительность исполнения судебного акта в подобных спорах очевидна, поскольку возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление его платежеспособности, утрачена именно из-за действий контролирующих лиц. «Представляется, что их действия, предшествующие возбуждению дела о банкротстве и признанные основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, сами по себе свидетельствуют о необходимости принятия мер по предотвращению риска причинения кредиторам еще большего ущерба», – сказала Елена Прокопчук.

По ее мнению, при подаче заявления о принятии обеспечительных мер в таких случаях не нужно представлять дополнительные доказательства, поскольку уже установлено совершение такими лицами недобросовестных действий по выводу и сокрытию имущества должника. «Это очевидно свидетельствует о необходимости введения срочных мер для исключения большего ущерба ввиду возможного неисполнения судебного акта, если, конечно, не доказано принятие контролирующими лицами мер к добровольному возмещению вреда», – полагает юрист.

Обеспечительные меры как гарантия исполнения судебного решения

“Новая бухгалтерия”, 2015, N 12

Участники гражданского оборота нередко вынуждены обращаться в суд в связи с тем, что их должники не выполняют принятые на себя обязательства. Для предотвращения этого необходимо предпринимать превентивные меры, направленные на исключение или минимизацию риска неплатежей: брать предоплату, получать поручительство третьих лиц или гарантии надлежащего исполнения контрагентом своих обязательств, оговаривать в договоре условие об обеспечительном депозите, из которого можно будет удержать необходимые суммы, и т.п. Но если превентивные меры не были приняты, у кредитора есть возможность принять обеспечительные меры и на стадии рассмотрения дела в суде. Рассказываем, как это сделать.

Итак, по каким-либо причинам кредитор не предусмотрел превентивные обеспечительные меры и вынужден обращаться в суд. В этой ситуации необходимо иметь в виду следующее. Получение судебного решения в свою пользу еще не означает, что оно будет исполнено и кредитор получит свои деньги. Для этого у должника должно быть ликвидное имущество, на которое может быть обращено взыскание (деньги на счетах в банке, автомобили, недвижимость и иные активы). В противном случае кредитор рискует остаться ни с чем.

При этом на практике многие недобросовестные должники, зная о наличии у них непогашенных долгов и неисполненных обязательств, не только не стремятся рассчитаться с кредиторами, но и всячески противодействуют им. Для этого они переводят свои активы на третьих лиц, чтобы у кредитора не было возможности добиться реального исполнения принятого в его пользу судебного решения. Такое положение вещей делает для кредитора необходимым не просто обращение в суд за защитой своих нарушенных прав, но и принятие мер к обеспечению иска.

Обеспечительные меры допускаются на любой стадии арбитражного процесса

Обеспечительные меры допускаются на любой стадии арбитражного процесса, если непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, в том числе если исполнение судебного акта предполагается за пределами РФ, а также в целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю.

Заявить такое ходатайство необходимо сразу, чтобы впоследствии ответчик не предпринял меры к выводу своих активов. По заявлению кредитора может быть принята одна или сразу несколько обеспечительных мер. Каждая обеспечительная мера оплачивается пошлиной в сумме 2000 руб. в соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 333.21 НК РФ (п. 27 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 N 46 “О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах”).

Ходатайство о применении обеспечительной меры можно заявить как в виде отдельного документа, приложив его к исковому заявлению, так и включив его непосредственного в текст иска. Лучше всего его оформить отдельным документом, поскольку в тексте искового заявления на стадии принятия к рассмотрению судья может его не заметить.

Согласно ст. 92 АПК РФ в заявлении (ходатайстве) об обеспечении иска должны быть указаны:

  • наименование арбитражного суда, в который подается заявление;
  • наименования истца и ответчика, их место нахождения или место жительства;
  • предмет спора;
  • размер имущественных требований;
  • обоснование причины обращения с заявлением об обеспечении иска;
  • обеспечительная мера, которую просит принять истец;
  • перечень прилагаемых документов.

В заявлении об обеспечении иска могут быть также указаны встречное обеспечение и иные сведения, в том числе номера телефонов, факсов, адреса электронной почты лиц, участвующих в деле.

Заявление об обеспечении иска подписывается лицом, участвующим в деле, или его представителем. К заявлению, подписанному представителем, прилагается доверенность или иной подтверждающий полномочия на его подписание документ.

К числу обеспечительных мер закон относит следующие (ст. 91 АПК РФ):

  • наложение ареста на денежные средства (в том числе денежные средства, которые будут поступать на банковский счет) или иное имущество, принадлежащие ответчику и находящиеся у него или других лиц;
  • запрещение ответчику и другим лицам совершать определенные действия, касающиеся предмета спора;
  • возложение на ответчика обязанности совершить определенные действия в целях предотвращения порчи, ухудшения состояния спорного имущества;
  • передачу спорного имущества на хранение истцу или другому лицу;
  • приостановление взыскания по оспариваемому истцом исполнительному или иному документу, взыскание по которому производится в бесспорном (безакцептном) порядке;
  • приостановление реализации имущества в случае предъявления иска об освобождении имущества от ареста;
  • иные меры.

Арест денежных средств на расчетном счете должника

Наиболее распространенной обеспечительной мерой является наложение ареста на денежные средства, находящиеся на счетах ответчика в кредитных организациях, что позволяет истцу в комфортных условиях судиться с ним и гарантированно получить удовлетворение своих требований в пределах арестованной суммы на счете. В такой ситуации даже длительность судебного разбирательства не является значительным препятствием для восстановления его нарушенных прав, поскольку рано или поздно он все равно получит то, что ему причитается.

Читайте также:  Госпошлина при подаче искового заявления в арбитражный суд

В ходатайстве о наложении ареста на денежные средства ответчика истец указывает, какие неблагоприятные последствия для него возникнут в случае, если данная обеспечительная мера не будет принята: значительный размер суммы долга, длительное неисполнение обязательств, вывод активов ответчиком и т.д. Такие факторы, как просто наличие задолженности и опасения истца о том, что он не сможет получить свои деньги от ответчика, не связаны с реальностью исполнения судебного акта и сами по себе не являются достаточным основанием для принятия обеспечительных мер.

Точно так же суд не примет утверждения кредитора о наличии у него убытков в связи с непогашением ответчиком долга перед ним, о возможной приостановке деятельности, о возможности перехода в другие банки на обслуживание или использования других счетов, возможной регистрации другого юридического лица и т.п., поскольку в отсутствие конкретных доказательств указанные обстоятельства не подтверждают наличие веских оснований для принятия обеспечительных мер (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 02.07.2010 по делу N А33-1318/2010).

Согласно п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 55 “О применении арбитражными судами обеспечительных мер” (далее – Постановление N 55) при оценке доводов истца в соответствии с ч. 2 ст. 90 АПК РФ следует иметь в виду разумность и обоснованность требования заявителя о применении обеспечительных мер, вероятность причинения заявителю значительного ущерба в случае непринятия обеспечительных мер, обеспечения баланса интересов заинтересованных сторон, предотвращения нарушения при принятии обеспечительных мер публичных интересов, интересов третьих лиц.

При этом суд оценивает, насколько истребуемая заявителем конкретная обеспечительная мера связана с предметом заявленного требования, соразмерна ему и каким образом она обеспечит фактическую реализацию целей обеспечительных мер, обусловленных основаниями, предусмотренными ч. 2 ст. 90 АПК РФ (Постановление ФАС Московского округа от 19.08.2011 N КА-А41/8530-11).

Обосновывая свои соображения относительно необходимости наложения ареста на деньги ответчика на его счете, истцу в ходатайстве необходимо указать конкретные обстоятельства, которые, по его мнению, могут затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта: значительный размер долга и его длительное непогашение ответчиком, наличие возбужденных в отношении ответчика исполнительных производств, судебных дел, по которым он также выступает должником, наличие конкретных доказательств вывода активов (смены адреса и владельцев компании, руководителя на номинальных лиц, которые присутствуют еще в значительном количестве компаний, реализации имущества и т.п.).

Доказательства целесообразности обеспечительных мер

В качестве доказательств суд принимает во внимание бухгалтерский баланс и отчет о прибылях и убытках ответчика, распечатки скриншотов с сайтов судов и Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации, с сайта ФНС России и другие документы и сведения, из содержания которых усматривается тяжелое материальное положение ответчика и более чем вероятная перспектива неисполнения судебного акта, что свидетельствует о необходимости принятия обеспечительной меры (Постановление ФАС Московского округа от 21.10.2009 N КГ-А40/10799-09).

В такой ситуации основания для применения ареста имеются, поскольку в противном случае истец не сможет добиться исполнения судебного акта. Указанные аргументы, подкрепленные конкретными доказательствами того, что исполнение судебного акта против ответчика может оказаться затруднительным или стать невозможным, могут помочь истцу добиться применения обеспечительной меры. Такие обстоятельства свидетельствуют о разумных предположениях истца о вероятности недобросовестных действий ответчика по выводу активов и нежеланию исполнить судебный акт (Постановление ФАС Дальневосточного округа от 18.02.2014 N Ф03-7268/2013).

Затруднительный характер исполнения судебного акта либо невозможность его исполнения могут быть связаны с отсутствием имущества у должника, действиями, предпринимаемыми для уменьшения объема имущества. В целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю обеспечительные меры могут быть направлены на сохранение существующего состояния отношений (status quo) между сторонами.

Обеспечительные меры должны быть соразмерны исковым требованиям

Обеспечительные меры должны соответствовать заявленным требованиям, то есть быть непосредственно связанными с предметом спора, соразмерными заявленному требованию, необходимыми и достаточными для обеспечения исполнения судебного акта или предотвращения ущерба (Постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 30.08.2010 N А19-706/10, Северо-Западного округа от 24.03.2011 по делу N А56-23101/2010, Московского округа от 03.10.2011 по делу N А40-67214/10-10-512).

При оценке доводов истца в соответствии с ч. 2 ст. 90 АПК РФ арбитражный суд принимает во внимание следующие обстоятельства:

  • разумность и обоснованность требования заявителя о применении обеспечительных мер;
  • вероятность причинения заявителю значительного ущерба в случае непринятия обеспечительных мер;
  • обеспечение баланса интересов заинтересованных сторон;
  • предотвращение нарушения при принятии обеспечительных мер публичных интересов, интересов третьих лиц.

Так, в одном деле суд, удовлетворяя ходатайство истца о наложении ареста на денежные средства ответчика, находящиеся на его банковском счете, исходил из того, что денежные средства, находящиеся на расчетном счете ответчика, являются единственным его имуществом, он находится в процессе ликвидации, предпринимательской деятельностью не занимается, доходов не имеет, что в совокупности может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 06.04.2011 по делу N А78-5226/2010).

Заявляя ходатайство о применении обеспечительной меры, истец должен иметь в виду необходимость соблюдения принципа соразмерности своих требований предмету иска. Согласно п. 13 Постановления N 55 обеспечительные меры, применяемые арбитражным судом, и суммы встречного обеспечения должны быть соразмерны имущественным требованиям, в обеспечение которых они применяются. Оценка соразмерности производится арбитражным судом в числе прочего с учетом соотносимости права и интереса, о защите которых просит заявитель, стоимости имущества, на которое истребуется арест, либо имущественных последствий запрещения должнику совершения определенных действий.

В связи с этим с большей долей вероятности арбитражный суд удовлетворит ходатайства истца о наложении ареста на денежные средства ответчика, если истец потребует арестовать деньги в пределах суммы основного долга, наличие и размер которого подтверждаются достаточной совокупностью доказательств (актов сверки, справок, актов, первичных документов бухгалтерской отчетности и т.д.). А вот в части таких требований, как неустойка, ходатайство о наложении ареста истцу лучше не заявлять, поскольку подобные небесспорные требования, как правило, удовлетворяются не в полном объеме либо вообще отклоняются.

В связи с этим в предмет ходатайства о наложении ареста на деньги ответчика на его счете следует включать только сумму основного долга, что отвечает критерию соразмерности. Арбитражный суд вправе также наложить арест на средства, которые имеются на счете ответчика, а также поступят на его счет и корреспондентский счет банка на имя ответчика в будущем, в пределах заявленной суммы требований.

Обеспечительные меры – залог успеха в исполнительном производстве

Низкая результативность исполнительного производства обычно объясняется пассивностью судебных приставов-исполнителей. Однако реальный шанс взыскать долг по исполнительному листу гораздо выше, нежели это принято считать. Успех в такой ситуации зависит как от умения приставов пользоваться правовым инструментарием, так и от заинтересованности самих взыскателей. Об этом в своей авторской колонке рассказывает Максим Петров, руководитель аналитического отдела Бюро ПП «Фрейтак и Сыновья».

По общему мнению, последние пять лет наблюдается рост количества исков, вытекающих из деятельности судебных приставов-исполнителей. Недовольство взыскателей вызвано бездействием приставов, которые не принимают меры по определению места нахождения должника и его имущества, не проверяют движение денежных средств по счетам, не направляют запросы в налоговые органы, ГИБДД, БТИ, не арестовывают имущество и деньги должника, не вызывают директора должника для дачи объяснений, в том числе для представления информации и документации, и т. п. Нередко споры связаны с ненадлежащими или несвоевременными действиями, которые привели к утрате имущества (в частности, такими действиями является продажа изъятого имущества по ценам, значительно заниженным относительно рыночных, нарушение сроков исполнительного производства, осуществление исполнительных действий после приостановления исполнительного производств и др.).

Надо признать, что процент взысканий с ФССП небольшой и обусловлен различными факторами:

1. Плохо проработанная позиция самого взыскателя

Часто истцы выбирают неправильный способ защиты: предъявляют иск не к ФССП, а непосредственно к судебному приставу; допускают ошибки правового характера при составлении исковых заявлений, не зная особенностей процесса по подобного рода делам, в связи с чем не предоставляют в достаточном объёме необходимые для установления всех фактических обстоятельств доказательства. Например, Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа отказался взыскивать убытки в виде неполученной арендной платы за несвоевременную передачу приставом помещения истцу, так как заявитель не представил доказательств принятия мер или приготовления для передачи в аренду спорного помещения (дело № А75-10949/2017). Истец по делу № А50-13947/2017 не представил суду доказательств того, что по заключённому им с должником договору поставки было поставлено именно то оборудование, которое указано в заявлениях взыскателя, поступивших в службу судебных приставов. Кроме того, заявитель не доказал, что данное оборудование было поставлено должнику по адресу, указанному в этих заявлениях, отметил суд.

2. Злоупотребление правом на обращение в суд со стороны истца

Представляется обоснованным отказ взыскать убытки с ФССП в случае злоупотребления истцом правом на обращение в суд. Например, когда истец предъявляет к службе иск об убытках, причиненных уплатой им неустойки, предусмотренной договором купли-продажи в случае срыва сделки, притом что истец заведомо знал о наложении на его имущество ареста (Дело № А40-80796/2011, дело № А50-13947/2017).

3. Неединообразная практика в части оценки судами действий судебных приставов-исполнителей

Конечно, определенной помехой в работе судебных приставов является отсутствие единообразия в оценке их действий со стороны судов. Так, по мнению Экономколлегии Верховного суда, взыскателю следует дождаться окончания исполнительного производства и исчерпать иные средства для удовлетворения своих требований к должнику (Определение ВС 15 февраля 2017 года по делу № А40-119490/2015). В то же время Судебная коллегия ВС по гражданским делам заняла другую позицию, разъяснив, что само по себе продолжение исполнительного производства не препятствует возместить убытки, причиненные взыскателю бездействием судебного пристава-исполнителя. Суду следует установить, имеется ли иное имущество, обращение взыскания на которое позволило бы в разумный срок удовлетворить требования взыскателя (Определение ВС от 24 января 2017 года № 53-КГ16-30).

Не всегда применяются единообразные подходы при рассмотрении исков, вытекающих из деятельности приставов, с аналогичными обстоятельствами. Например, в Определении от 12 апреля 2017 года по делу № А51-18983/2016 Арбитражный суд Приморского края возвратил без рассмотрения исковое заявление в связи с несоблюдением претензионного порядка истцом. Между тем Арбитражный суд Дальневосточного округа в Постановлении от 23 января 2018 года по делу № А59-3938/2016 отклонил довод заявителя кассационной жалобы о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора. Окружной суд сослался на отсутствие в ФЗ «Об исполнительном производстве» указания на обязанность соблюдения такого порядка по делам, вытекающим из административных и иных публичных отношений.

В решении от 10 октября 2017 года по делу № А07-8818/2017 Арбитражный суд Республики Башкортостан не нашёл правового основания для взыскания с ФССП в пользу истца процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму денег, находящихся на депозите службы судебных приставов. В то же время 10-й ААС в Постановлении от 19 декабря 2017 года по делу № А41-29511/2017 оценил проценты по ст. 395 ГК как минимальный размер причиненных незаконным бездействием службы судебных приставов убытков.

4. Непринятие судами обеспечительных мер на стадии рассмотрения дела

Обеспечительные меры допускаются на любой стадии процесса, если их непринятие может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта. Однако стандарт доказывания необходимости принятия обеспечительных мер на стадии рассмотрения дела судом настолько высок, а отношение судов настолько осторожное, что ходатайства о принятии обеспечительных мер удовлетворяются судами крайне редко. В то же время исполнительное производство также является неотъемлемой стадией процесса, а его содержание на 90% состоит в применении обеспечительных мер. Проблема в том, что из-за непринятия мер судами к моменту исполнения судебного акта имущество либо искомое status quo могут быть безвозвратно утрачены.

Всё это не способствует повышению эффективности работы ФССП, поскольку дезориентирует как суды и сотрудников системы исполнительного производства, так и лиц, участвующих в деле.

1. Наиболее важное разъяснение Пленума ВС содержится в п. 42. В этой норме сказано, что перечень исполнительных действий, приведенный в ч. 1 ст. 64 Закона об исполнительном производстве, не является исчерпывающим, и судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов, если они соответствуют задачам и принципам исполнительного производства, не нарушают защищаемые федеральным законом права должника и иных лиц. В качестве примера ВС приводит установление запрета на распоряжение принадлежащим должнику имуществом (в том числе запрета на совершение в отношении него регистрационных действий).

Таким образом, ВС высказал четкую позицию относительного того, что названный Законом об исполнительном производстве перечень мер, которые судебные приставы используют в своей практике: наложение ареста на имущество, в том числе денежные средства и ценные бумаги, изъятие указанного имущества, передача арестованного и изъятое имущества на хранение, не является исчерпывающим. То есть приставы не ограничены этим списком в средствах достижения цели.

По сути, приставам предоставлена возможность использовать всю наработанную практику судов по принятию обеспечительных мер, открытый перечень которых предусмотрен ст. 91 АПК. Причём по аналогии с судебным процессом судебный пристав-исполнитель вправе применять меры принудительного исполнения без предварительного уведомления об этом лиц, участвующих в исполнительном производстве (п. 2 ст. 24 ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Такие прецеденты уже появляются. Например, Арбитражный суд Московского округа не поддержал довод должника о том, что действия по наложению ареста на доменные имена противоречат требованиям законодательства об исполнительном производстве. Суд сказал, что судебный пристав-исполнитель вправе применять иные меры, обеспечивающие исполнение судебного решения (Постановление от 12 июля 2017 года № Ф05-9425/2017 по делу № А41-70934/2016).

На практике встречаются такие обеспечительные меры, как арест на дебиторскую задолженность ответчика, арест на денежные средства и имущество ответчику, находящееся у других лиц, арест на денежные средства, которые будут поступать на банковские счета ответчика, установление запрета ИФНС на внесение в ЕГРЮЛ записи о ликвидации ответчика, запретить ответчику производить полное и (или) частичное ограничение электрической энергии в отношении объектов потребителя, и пр.

Случаи применения приставами «нестандартного» инструментария уже поддержаны ВС: в деле обжаловались действия судебных приставов, которые в рамках исполнительных действий заявили самостоятельные иски о признании договоров купли-продажи недействительными. ВС сделал вывод, что судебный пристав-исполнитель наряду с кредитором должника имеет охраняемый законом интерес в признании данных сделок недействительными, поскольку он в силу закона обязан совершить действия, направленные на принуждение должника исполнить судебный акт, защитивший права кредитора должника (Определение от 18 апреля 2017 года № 77-КГ17-7).

В таком концепте не выглядит фантастикой привлечение приставами к субсидиарной ответственности конечных бенефициаров должника.

2. Предусмотренная законом возможность предъявления ФССП регрессных исков к служащим, виновным в причинении вреда взыскателям, активно применяется на практике. В п. 87 Постановления Пленума ВС № 50 отмечено, что по смыслу ст. 1081 ГК Российская Федерация в порядке регресса вправе взыскать сумму возмещенного вреда с лица, виновного в его причинении. Не так давно ВС поддержал указанную позицию в Определении от 17 мая 2016 года № 78-КГ16-5, отметив, что ФССП РФ может предъявить регрессный иск к судебным приставам, на исполнении которых находилось исполнительное производство, если из-за действий исполнителей с федеральной службы были взысканы убытки.

Читайте также:  ВС РФ: игнорирование ходатайства по ст. 333 ГК — грубое процессуальное нарушение

Расширение подобной практики приведёт к повышению активности и внимательности сотрудников службы и, как следствие, к уменьшению количества исков к Службе о возмещении вреда. Помимо сказанного, стимулировать приставов к лучшей работе также могла бы активная позиция ФССП по привлечению своих сотрудников к персональной ответственности.

3. В Постановление Пленума № 50 включена специальная глава, где даются важные разъяснения по различным аспектам возмещения вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя.

Подводя итог сказанному, надо отметить, что закон наделяет судебных приставов-исполнителей достаточно широкими полномочиями, которыми нужно научиться пользоваться, не выходя за их пределы: как самим сотрудникам ФССП России, так и взыскателям. Также взыскателям нужно смотреть на исполнительное производство как на стадию судебного процесса, заслуживающую не меньшего внимания, чем рассмотрение дела судом по существу, занимать проактивную позицию и не подвергать сомнению свою добросовестность.

Обеспечительные меры арбитражного суда. Обеспечение исполнения судебного решения.

Jurist_arbitr – 27/09/2013 07/12/2016

В ходе взаимодействия с заказчиками юридических услуг довольно часто встает вопрос применения обеспечительных мер. Обеспечение иска требуется не только когда осуществляется взыскание задолженности, но и при предъявлении требований об обязании совершить какие-либо действия, при оспаривании решений и действий (бездействия) государственных органов и в других случаях.

Сложность вопроса применения данных судебных мер состоит в том, что исходя из положений Арбитражного процессуального кодекса РФ и разъяснений Высшего Арбитражного Суда РФ, обеспечение может быть признано судом возможным только в узком ряде случаев. Прямо говоря, многие заказчики юридических услуг не довольны тем, что суды редко удовлетворяют соответствующие ходатайства. Исходя из необходимости соблюдения декларированного баланса интересов сторон правоотношений, мы должны понимать, что, желая иметь гарантию выполнения судебного решения, истцы не должны злоупотреблять этим правом. Есть случаи, когда институтом обеспечительных мер арбитражного суда пользуются только с целью приостановить деятельность конкурента или иным образом создать неблагоприятную для него атмосферу на необходимый срок, без реального намерения получить какое-либо решение суда по делу.

Практикующие арбитражные юристы и адвокаты знают, что нередко обеспечительные меры судьи фактически связывают с обоснованностью заявленного иска, формально указывая в соответствующем определении на другие выводы. В статье я расскажу о формальных основаниях для введения обеспечительных мер, о судебной арбитражной практике по данному вопросу.

Начну с одного важного момента, который известен не всем юристам. Если Вы пользуетесь системой ВАС РФ «Мой арбитр» для подачи документов в суд в электронном виде, то ходатайство об обеспечении иска должно быть в любом случае подано физически через канцелярию суда. Поэтому, единовременная подача его с подаваемым в электронном виде иском невозможна. При этом, если суд оставляет без движения исковое заявление, с которым сразу подано ходатайство о его обеспечении, второй документ также будет оставлен без движения на соответствующий срок. В этом случае, рекомендуется использовать предварительное обеспечение, о котором я расскажу ниже.

Обратиться с инициативой обеспечения иска к суду можно в любой момент в ходе рассмотрения дела (и, даже, до этого), включая период приостановления производства по делу.

Заявление об обеспечении искового заявления должно быть рассмотрено судьей не позднее дня, следующего за днем подачи данного документа.

Пункт 2 ст. 90 АПК РФ указывает на цели введения обеспечительной меры – гарантия беспрепятственного исполнения решения суда и предотвращение причинения вреда заявителю. Раскрыты основания судебного обеспечения в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 55 «О применении арбитражными судами обеспечительных мер». Пунктом 9 Постановления высшая судебная инстанция разъясняет, что обеспечительные меры судом принимаются в двух случаях:

  • непринятие обеспечительных мер сделает невозможным или затруднит исполнение судебного акта. Тут речь идет о выводе или об отсутствии ликвидных активов у должника.
  • для предотвращения причинения истцу вреда. Сохранение существующего состояния отношений (status quo) между истцом и ответчиком.

Одновременно, требования о принятии обеспечительных мер должны иметь непосредственную связь с предметом спора, быть соразмерными заявленным требованиям, а их применение должно влиять на возможность исполнения судебного акта в будущем.

Безусловно, для применения данных мер, юрист должен надлежащими доказательствами подтвердить факт уменьшения активов ответчика, их недостаточность или другие потенциальные препятствия для исполнения решения суда. Это представляет самую большую сложность на практике.

Не так сложно доказать выставление крупных (решающих по размерам) активов компании на продажу с торгов как и отчуждение их иным образом. Однако, до настоящего момента нет определенности, как действовать при переводе фирмы на номинальных собственников и директора, изменении ее места регистрации в другой регион, совершении иных недобросовестных действий с целью ухода от погашения задолженности. Как мы знаем, действующий закон не запрещает проводить ликвидацию или реорганизацию при наличии задолженности и т.п.

А, именно, такие случаи, по моему мнению, более всего требуют разъяснений законодателя и высших судебных инстанций.

Представляет определенный интерес обеспечительная мера в виде приостановления исполнения оспариваемого акта (решения, предписания и д.п.) государственного органа. ВАС РФ разъяснял, что не требуется доказывать неизбежность исполнения такого акта, когда оно носит обязательный характер само по себе. И, если исполнение оспариваемого в судебном порядке акта государственного органа может причинить значительный вред заявителю, то суд может приостановить действие этого акта до вынесения решения по существу спора.

В этом случае, также, необходимо доказательствами подтвердить сложное финансовое положение организации и вред, который неизбежно должен наступить при безакцептном списании денег. Конфликт доказывания состоит в том, что одновременно заявитель должен либо внести изыскиваемую сумму на депозит суда (встречное обеспечение) либо подтвердить, что в дальнейшем, в случае вынесения решения не в его пользу, он беспрепятственно сможет уплатить спорную сумму (совершить иные действия).

Пункт 4 ст. 93 Кодекса, вводит дополнительное условие, при котором обеспечительные меры судом должны быть приняты – предоставление встречного обеспечения.

На практике, имея неумолимое желание гарантировать возврат взыскиваемой денежной суммы, истцы не готовы внести на депозитный счет арбитражного суда соответствующую сумму на неопределенный срок.

Ввиду того, что обеспечение применяет суд редко, практически не используются положения ст. 99 Кодекса о предварительных обеспечительных мерах. При этом, сама законотворческая идея могла бы обеспечивать исполнение судебных актов в гораздо большем количестве случаев, т.к. истцы могли бы до предъявления исков делать выводы о наличии фактической возможности получения присужденного.

До настоящего момента мне не особо понятно, на чем основываются юристы и адвокаты, публично заявляющие, что они гарантируют взыскание задолженности арбитражным судом всем доверителям путем обязательного введения обеспечительных мер по всем спорам. С учетом того, что по моим оценкам, обеспечение вводится в 10-15% случаях, когда есть возможность представить соответствующие доказательства суду.

Поэтому, ЮК Антанта в целях достижения согласованных с доверителями результатов, устанавливая основную часть гонорара в зависимость от фактически полученных денег (имущества, иного исполнения судебного решения), проводит ряд других мероприятий, обеспечивающих исполняемость решения. В каждом конкретном случае применяются соответствующие решения, часть из них описана в статье Взыскание задолженности, возврат денежных долгов.

Обеспечительные меры в гражданском судопроизводстве

Основания для обеспечения иска и меры по его обеспечению

Обеспечительные меры (меры по обеспечению иска) предусмотрены гражданским процессуальным законодательством как средство защиты интересов истца, благодаря которому, судебное решение, которое будет вынесено в дальнейшем, могло быть исполнено. Соответственно, главные основания для обеспечения иска, установленные ст. 139 ГПК РФ – это затруднительность или невозможность исполнения решения суда в будущем.

Нередки ситуации, когда должник, узнав о намерении кредитора обратиться в суд, старается скрыть свое имущество от возможного взыскания: переводит денежные средства на чужие счета или переоформляет принадлежащую ему недвижимость в собственность иных лиц. Такие действия указывают на необходимость применения института обеспечения иска, основное назначение которого состоит в его непосредственной защите законных интересов истца на случай недобросовестных действий ответчика, или же, когда непринятие обеспечительных мер может, в целом, повлечь невозможность будущего исполнения вынесенного судебного решения.

Во избежание подобных ситуаций, гражданским процессуальным законодательством предусмотрены различные необходимые меры обеспечения иска, перечень которых подробно раскрывается в ст. 140 ГПК РФ. При его анализе следует отметить, что обеспечительные меры могут, с одной стороны, касаться непосредственно имущества ответчика и напрямую ограничивать возможность распоряжения им (например, наложение ареста на имущество; приостановление его реализации, когда предъявляется иск об исключении из описи), а с другой – сводятся лишь к наложению на ответчика или других лиц запрета совершать определенные действия, нарушение которого наказывается штрафом до одной тысячи рублей, или же, наоборот, к возложению обязанности по совершению определенных действий, если спор касается нарушения авторских и (или) смежных прав. С учетом сложившейся судебной практики следует особо отметить обоснованность применения обеспечительных мер, связанных с запретом совершать определенные действия, как в отношении ответчика, так и в отношении иных лиц. Например, в ходе рассмотрения дела по иску о сносе самовольной постройки, суд применяет обеспечительные меры в виде запрета на производство строительных работ. Для достижения оперативности и эффективности принимаемых мер важно, чтобы запрет распространялся не только на ответчика (заказчика самовольного строительства), но также и на лиц, фактически осуществляющих строительные работы на спорном объекте.

Судья или суд может применить несколько мер комплексно или же, в случае необходимости, применить иные специфические меры обеспечения, не указанные в приведенном перечне, если истец в своем заявлении сможет обосновать данную необходимость и доказать наличие существенных оснований.

Следует также отметить, что в законе нет прямого указания на выбор конкретной меры для определенного искового требования, следовательно, судья или суд принимают такое решение самостоятельно, в зависимости от характера требования, предъявленного истцом. О принятых мерах они должны незамедлительно уведомить соответствующие государственные органы или органы местного самоуправления, регистрирующие имущество или права на него, их ограничения (обременения), переход и прекращение.

Подача заявления и исполнение определения суда об обеспечении иска

Обеспечение иска допускается только по возбужденному гражданскому делу, то есть только после принятия к производству искового заявления. Заявление об обеспечении иска подается, как правило, истцом, однако правом на его подачу обладают и иные лица, участвующие в деле, перечень которых содержится в ст. 34 ГПК РФ. Законом не установлена четкая форма для подачи заявления об обеспечении иска, поэтому подается оно в произвольной форме и его подача возможна на любой стадии рассмотрения дела до исполнения решения суда.Однако особо важно подчеркнуть необходимость представления в заявлении достаточных доказательств, указания обстоятельств, подтверждающих наличие основания для применения соответствующей обеспечительной меры. (Определение Костромского областного суда от 15.06.2015 по делу № 33-1050)

Судья или суд обязаны рассмотреть заявление об обеспечении иска в день поступления в суд, что говорит о его срочном характере (ст. 141 ГПК РФ), вынести соответствующее определение и, на основании такового, немедленно принять необходимые обеспечительные меры. Далее истцу выдается исполнительный лист, а ответчику суд направляет копию вынесенного определения. Конституционный Суд РФ в своем определении от 23.06.2016 № 1220-О также указал на возможность истца, заинтересованного в принудительном исполнении вынесенного судом определения об обеспечении иска, самостоятельно обратиться в суд с заявлением о выдаче исполнительного листа для последующего надлежащего исполнения указанного определения.

Кроме требования о применении обеспечительных мер заявление лица, участвующего в деле, может содержать и требование о замене одних мер по обеспечению иска другими мерами в общем порядке, предусмотренном для рассмотрения заявления об обеспечении иска (ч. 1 ст. 143 ГПК РФ). Такая замена может возникнуть в случае, если избранный первоначально вид обеспечения безосновательно стесняет права ответчика, или же, если обеспечительная мера, первоначально определенная судом, не является оправданной или достаточной. Анализируя содержание ч. 2 ст. 143 ГПК РФ можно сделать вывод о наличии еще одного «особого вида» обеспечения иска, а именно – внесение ответчиком на банковский счет суда истребуемой истцом денежной суммы. Указанное обеспечение возможно лишь в случае, если судьей или судом ранее уже применена мера, обеспечивающая взыскание именно денежной суммы, а не иного имущества.

Отмена обеспечения иска

Обеспечительные меры, принятые по определению суда, действуют только определенный период времени, обычно до исполнения судебного решения, или же, в случае отказа в иске, – до вступления в законную силу решения суда, если судья или суд, в последнем случае, не вынесет определение об отмене мер по обеспечению иска одновременно с принятием решения или после его принятия (ч. 3 ст. 144 ГПК РФ).

Отмену обеспечения иска осуществляет тот же судья или суд по заявлению лиц, участвующих в деле, или же по собственной инициативе (ч.1 ст. 144 ГПК РФ). Вопрос об отмене мер разрешается в судебном заседании, о котором лица, участвующие в деле, обязательно предварительно извещаются надлежащим образом. Данные нормы, как подчеркнул Конституционный Суд РФ в своихопределениях от 11.05.2012 № 771-О; от 23.03.2010 № 392-О-О, являются гарантией реализации фундаментального процессуального права лиц, участвующих в деле, на состязательный процесс, включая право представления своих объяснений.

В случае отмены обеспечительных мер судья или суд также обязан незамедлительно сообщить об этом в указанные выше государственные органы или органы местного самоуправления.

Защита интересов ответчика

Понимание того, что институт обеспечения иска направлен на охрану, в равной мере, как интересов истца, так и ответчика, создает необходимость в законной обоснованности и осуществлении надлежащей защиты прав ответчика от недобросовестного заявления со стороны истца требования о применении обеспечительных мер.

Первая форма защиты – возможность обжалования в апелляционном порядке всех судебных определений об обеспечении иска посредством подачи частной жалобы (ч.1 ст. 145 ГПК РФ). Принимая во внимание тот факт, что определения об обеспечении иска подлежат немедленному исполнению до вступления их в законную силу, подача жалобы на определение о назначении мер не будет приостанавливать исполнение соответствующего определения. Но если же говорить о подаче частной жалобы на определения суда о замене одного вида обеспечения иска другим или вообще об отмене обеспечения, то подача такой жалобы приостановит исполнение обжалованного определения.

Другой формой защиты интересов ответчика является также право требования возмещения убытков (ст. 146 ГПК РФ). То есть ответчик вправе предъявить к истцу иск о возмещении убытков, причиненных ему мерами по обеспечению иска, принятыми по просьбе последнего. Данное право может быть осуществлено только после вступления решения суда, которым в иске было отказано, в законную силу. Кроме того, по собственной инициативе судьи или суда, допускающих возможность применения мер по обеспечению иска, возможно предъявление к истцу дополнительного требования обеспечить убытки, которые могут возникнуть для ответчика.

Ссылка на основную публикацию